Запертый в ловушке

– Знаю, но… туда девушка зашла. Я ее жду.

Объяснения звучали нелепо, и я вновь постучал и окликнул Катю. «Принцесса» пожала плечами и спряталась в свое купе, как белка в нору.

Не дождавшись ответа, я громко сказал:

– Все! Я вхожу!

И двинул дверь вбок.

Купе было пустым. Пластиковый столик, затянутые зеленой искусственной кожей полки. Занавески, некогда бывшие белыми, а теперь посеревшие от времени. Немытое, исхлестанное дождями окно, вытертый половик.

– Катя? – позвал я, хотя видел, что девушки тут нет.

Прятаться она не стала бы, но я от растерянности шагнул в купе, приподнял полки, заглянул наверх, где лежали свернутые в рулон матрацы.

Я чувствовал себя как фокусник-иллюзионист, который обнаружил, что трюк с исчезновением девушки в ящике сработал не так, как нужно. Она зашла внутрь, дверь за ней закрылась, а когда открылась, оказалось, что девушка пропала. Вот только в ящике не было двойного дна, не было отсека, куда она могла бы спрятаться. Девушка пропала по-настоящему и сейчас, по-видимому, пребывала в неведомом призрачном мире, откуда ей не найти выхода.

– Что происходит? – прошептал я, потирая лоб ладонью. – Куда она подевалась?

Спокойно, спокойно. Всему есть разумное объяснение. Я же видел, Катя была смущена и, чувствуя смятение, видимо, проскользнула мимо меня, не желая встречаться.

Но как это могло произойти, если я все время торчал возле двери, словно цепной пес? «Нет, не все время», – поправил внутренний голос.

Да, точно, я отходил помочь «Принцессе» и ее сыну.

Что за детская выходка? Я что, по ее мнению, должен был до вечера тут сидеть, как дурак, и сторожить пустое купе?

Я чувствовал себя ужасно глупо и немного злился на Катю. Нужно пойти к себе, проверить, там ли она. Скорее всего, где же ей быть? Если Катя полагает, что я стану навязывать ей свое общество против ее желания, то может не беспокоиться. Не хочет – не надо, слова не скажу. Могу сделать вид, что мы вообще незнакомы.

«Быстрее бы уж приехать. Ну и поездочка!»

Дойдя до своего купе, я бросил взгляд на Человека-паука и вошел внутрь, приготовившись холодно посмотреть на Катю и демонстративно отвести взгляд, давая понять, что намерен ее игнорировать.

Однако реализовать свое намерение мне не удалось. Кати в купе не оказалось.

Ее мать лежала на своей полке, закинув левую руку за голову. В правой она держала потрепанную белую книжку в мягком переплете.