«Зверобои» штурмуют Берлин. От Зееловских высот до Рейхстага

Командир полка, Иван Васильевич Пантелеев, оглядел Тырсина и Серова, затем подвел итог:

– Я тоже считаю, что старшего лейтенанта Тырсина на батарею пора ставить. Командир решительный и опыта набрался, дай бог каждому. Так что поздравляю, Петр Семенович, с новой должностью.

Когда решение было принято, Пантелеев добавил:

– Тырсина я переведу вместе с машиной. В третьей батарее всего одна самоходка осталась, а у Чистякова три.

На этом совещание закончилось, и комбаты отправились каждый к себе. У выхода придержали Петра Тырсина.

– Вечером встречу бы отметить, – предложил Григорий Воронин.

– Я не против, – заулыбался Тырсин. – Две фляжки рома запас.

А Чистяков сходил к Серову и, обняв за плечи старого товарища, сказал:

– Николай, на меня не обижайся. На совещании обсуждали, кого комбатом ставить. Назначили Тырсина Петра, я тоже его кандидатуру поддержал, хотя и тебя упоминали. Но ты на своем месте. Воюешь нормально, наградами не обделен, а батарея для тебя рановато.

– Ладно, чего там… я за должностями не гонюсь.

Но, судя по тону, самолюбивый лейтенант был обижен именно на Чистякова. Хотя решение принимал командир полка, а Петр Тырсин давно считался кандидатом на выдвижение. По опыту, деловым качествам, да и по возрасту. Петру Семеновичу Тырсину было уже за тридцать. Технику знал хорошо, воевал под Сталинградом, освобождал Харьков, Киев.

– Повоюю и рядовым, – поджал губы Коля Серов.

– Каким рядовым? У тебя самая мощная самоходка в подчинении, экипаж, десантники.

– Ну, ну, рассуждай дальше. У тебя это хорошо получается.

– Колька, не дури, – разозлился Чистяков. – Ты хоть сам понимаешь, что такое пятью «зверобоями» командовать? Батарею порой посылают стрелковый полк поддерживать или танковый батальон. И все на нас оглядываются: у вас броня, пушки шесть дюймов. Там решения мгновенно принимать надо, а ты всего полгода назад ускоренные курсы закончил.

Разошлись недовольные друг другом.

Как обычно бывает, на месте временной стоянки полк догнала почта.

Чистяков получил сразу три письма: от матери, младшего брата Феди и Кати Макеевой. Старшая сестра Таня, учительница в начальной школе, родила девочку. Но детей учить некому, сестра продолжает работать, прибегает на переменах покормить дочь, а с ребенком сидят по очереди мать и младшие сестренки.

Шестого января исполнилось полгода, как погиб в бою под Минском отец. Мать ходила в церковь, поставила свечку. Много в селе мужиков погибли и без вести пропали.