Не хочу быть невестой!

Бежевый камень, белоснежные рамы на окнах и бордовая парадная дверь с золотым набалдашником в виде головы льва для оповещения хозяев о приходе гостей.

Толкнув створку красного дерева, Тили, жестом приказав дворецкому уйти, направилась прямиком в кабинет матери. В этот час она может либо быть в Совете, либо дома. Если дома, значит, она работает. Сон для Глеарры был второстепенным. Главное – закончить дела насущные.

Значит, придется побеспокоить ее.

Проходя по длинному коридору, упирающемуся в винтовую лестницу, вырезанную из дуба, под которой располагалась библиотека и уютный маленький столик, Тили уверенно схватилась за перила и ступила на первую ступеньку.

Шаг за шагом. Выше и выше. И не стоит думать о лихорадочно бьющимся сердце. Не стоит позволять страху и сомнениям заполнять свои мысли.

Мама должна выслушать ее. Понять. Помочь.

Ведь она тоже женщина.

Второй этаж. И снова коридор, по обеим сторонам которого располагаются безликие двери. Кабинеты. Спальни. Гостиные.

Дойдя до третьей по счету двери, Тили, собравшись с духом, подняла руку, чтобы постучаться, как дверь сама распахнулась.

За столом сидела Глеарра, испытующе глядя на дочь.

– Доброй ночи, Тили.

Переступив порог, Илотилас, шмыгнув носом, прикрыла за собой дверь.

– Доброй ночи, мама.

Увидев, в каком состоянии оказалась ее девочка, Глеарра вскочила с места, подлетев к Тили.

– Солнышко мое, что случилось? Почему ты плачешь? Кто тебя обидел? – демоница начала оглаживать ее лицо, стирая следы размазанной туши.

– Мой… жених. Он приехал в Академию.

Глеарра замерла.

– Лорд Персиваль?..

– Мама! Вы с папой не можете отдать меня ему! Только не ему!

Глеарра отстранилась, отходя к стеллажу, откуда достала полотенце и графин. Налив прямо на ткань немного жидкости, она снова подошла к дочери, аккуратно начав оттирать остатки макияжа.

– Тили, рано или поздно ваше знакомство должно было состояться. Лорд Айнелиас – лучший кандидат для тебя. У него есть титул, благородные манеры, связи при дворе, состояние и древняя фамилия.

Вывернувшись из ласковых рук, Илотилас замотала головой.

– Мама, ты не понимаешь! Это именно о нем же рассказывал отец! Именно Персиваль Айнелиас является самым…

– Приличным. Скрупулезным. Джентльменом с отточенным поведением. Тем, от которого нельзя ожидать выкрутасов подобных тому, что вытворяешь ты.

– Мама!

– Илотилас, мы поднимали эту тему. И говорили, что сами укажем на того, за которого тебе следует выйти.