Не хочу быть невестой!

Это мантия ректора!

Ну, разумеется, чья бы еще затесалась в его кабинете?

Вроде бы ей следовало радоваться, теперь она не стоит практически обнаженная перед тремя взрослыми мужчинами, но… почему в голове роились совсем не пристойные мысли?

Вот сейчас появится сам ректор, увидит, что Тили мало того, что посягнула на его Академию, так еще и решила поживиться личными одеждами?

В раздражении зарычав, и прикрикнув на профессора, что позволил подобному произволу произойти, он подошел бы к ней, сорвал бы мантию, случайно в порыве разрывая тонкую бретельку ее маечки… Всего лишь случайность, которая обратилась бы в весьма интересное продолжение.

Она стоит, снова в коротких шортиках и легкой тунике, которая, потеряв одну из точек держания, начинает сползать, приоткрывая правую грудь.

И снова три пары глаз обращаются в ее сторону. Теперь глядя не в лицо, а ниже. Туда, где оголилась молочно-белая кожа.

Тили, краснея тут же поднимает руку, прикрывая упругий холмик, но поздно. Мужчины уже все видели.

И по их глазам понятно, что они не прочь продолжить «осмотр».

– Прошу прощения, Илотилас, – ректор с трудом поднимает взор, и встречается с ней взглядом.

Голубые глаза начинает заволакивает синяя дымка. Желание.

Однако инкуб, стоит отдать ему должное, остается на месте. Как и другие двое.

Тили, все еще прижимая руки к груди, закусывает губу и опускает голову.

– Вы будете меня наказывать?

– Ведь светопреставление – твоих рук дело?

– Да, но…

– Профессор Дубринейл, так как адептка Линвен выполняла мое поручение, я считаю, что именно мне следует первым… высказать свое недовольство.

Тили бросила быстрый взгляд на Криса. Демон сделал шаг ей навстречу, и она невольно отпрянула, уткнувшись спиной о грудь вампира.

– Ох, простите… – чуть отстранившись от брюнета, Илотилас с замиранием сердца ожидала вердикта.

– Салфир, проясните ситуацию. Господин посол, возможно, нам следует присесть. Выпьете?

– Не откажусь.

И ректор направляется к шкафчику, доставая бокалы и бутылку с вином.

Откупорив темно-зеленую тару, инкуб разлил бордовую жидкость, и протянул один из фужеров гостю, сам устраиваясь с ним рядом на удобном диванчике.

Том самом, где Тили в прошлый раз доказывала ему, что ректору тоже следует отдыхать.

Застыв как изваяние, и, кажется, даже забыв как дышать, Тили вдруг поняла, что эти двое на диване собираются смотреть. Смотреть, как Крис будет с ней… беседовать.