Не хочу быть невестой!

Она стояла перед ним во всем великолепии демонической красоты. Холодной красоты с ноткой горчинки, которую хотелось вкусить, обуздать и сделать послушной.

В серебристых глазах, окаймленных черной радужкой, горел огонь. Огонь противоборства. Огонь, желающий перекинуться с ясных очей на все существо, заставляя его ринуться в атаку, закрыться от мужчины, который с таким предвкушением рассматривал каждый сантиметр ее тела, что впору было бы стыдливо покраснеть.

Персиваль смаковал момент, желая дать ей прочувствовать свою власть и ее беспомощность.

Он просто сидит и смотрит. Выжидает, пока она первой сдастся и пойдет навстречу.

Илотилас, закусывая губу, выдыхает:

– Что мне нужно сделать?

Тут же на его лице появляется ленивая улыбка, а поза из напряженно-вальяжной становится расслабленной.

– Иди ко мне, Тили.

Как только она, мягко ступая по ковру, приближается к его креслу, Персиваль жестом приказывает встать на колени.

– Я хочу, чтобы ты показала, насколько хорошо умеешь… ублажать.

Тили, встретившись с ним взглядом, пытаясь понять, правильно ли поняла, и, получив ободряющий кивок, тянется к ремню на его брюках.

***

Кристафор резко выдохнул, подавляя в себе желание зажмуриться и сжать кулаки.

Нет! Этого не будет!

Тили не достанется его брату!

Только не ему…

Он сделает ее ручной собачкой. Отобьет желание быть живой, искать приключения и рисковать. Он сделает из нее серую мышку. Такую жену, которой мог бы гордиться.

Ту, что будет подавать пример остальным. Он сделает ее правильной, чопорной, зацикленной на правилах и ужасающе скучной.

Персиваль сломает Тили.

И ведь он не понимает, что дух непокорности, что живет в этой студентке – это ее второе я. Без авантюр Илотилас не была бы самой собой.

Он сотрет ее индивидуальность.

Если, конечно, сможет.

А, зная Перси, он будет прикладывать максимум усилий для достижения поставленной цели.

Но почему Леросейл и Глеарра выбрали именно Перси ей в мужья?! Почему, если захотели породниться с их семьей не пришли….

к нему?

Сердце замерло на миг, после чего забилось в разы стремительней.

Как бы он повел себя, если бы у него на пороге появились сиятельные лорды с предложением дочери в качестве жены?

К нему, свободолюбивому мужчине, не готовому ставить крест на личной свободе?..

Однако они и не пришли. Ведь он – темная лошадка при дворе.