Шатун

Я давно заметил, что, пока размышлял, проснулось, или, точнее, очнулось, ещё несколько раненых, и сейчас, не выдержав, один пополз к выходу, видимо тоже неходячий был, и стал звать на помощь. Кого, не знаю. Но, несмотря на его потуги, так никто и не пришёл. Он открыл дверь и выбрался в коридор. Отсутствовал с полчаса, а когда вернулся, сказал короткую фразу, которая вызвала у остальных, кто был в сознании, эффект разорвавшейся бомбы, настолько все были ошарашены. Это я всё по интонациям разобрал.

Сам я молчал, и когда меня у борозды нашли и куда-то несли, и здесь, чтобы не выдать, что ничего не понимаю, решив тянуть до последнего, изображая амнезию. Может, языка я и не знал, но всё же не дурак, и понять, что произошло, смог быстро. Да бросили, скорее всего, нас, решив, что глупо тратить дефицитную воду и пищу на пустынной планете на тех, кто и так может не выжить. Странно только, что место крушения покинули… Хотя если подождать пару дней в стороне, то потом можно прийти и вынести тела, пока они не завоняли, и закопать.

Но гадать можно долго, поди знай, что тут правда, а что кривда.

К счастью, ни мои подозрения, ни других раненых не подтвердились. В самый разгар ора вдруг появился свет в коридоре, что заставило всех замолчать. К нам прошли трое: женщина, та самая, что помогала меня нести, и двое мужчин. Этих вижу впервые. Они принесли бадейку воды и ведро. Свет снаружи хорошо их освещал, и стало видно, что они помылись, значит, где-то рядом есть источник воды.

Для начала женщина, которая была тут явно старшей, довольно крикливо навела порядок. Пристыженные раненые и пострадавшие при крушении расползлись по своим местам, некоторым помогали, после чего она стала разносить в двух кружках воду. Принесли и мне. Вода была безвкусной, но живительной. Скорее всего, пропущенной через фильтры. После этого женщина слила из бадейки в ведро остатки воды и, макая в неё подобие губки, занялась омовением раненых, стараясь не касаться ран.

Когда до меня дошла, тут – раз, и случился казус. Да-да, тот самый. И я мысленно проклял свой новый молодой организм. А женщина, осторожно обтирая меня, захохотала. Да это всех развеселило. Я смеялся не менее искренне, чем они. А той по фигу, посмеялась, помыла и его и дальше пошла, вот такая санитарка.

Мужики же обмытых по очереди выводили или выносили наружу. Видимо, в туалет. До примитивной утки тут, похоже, не додумались.