Сын Ра. Волшебный эпос

И тебе, Яванушка, хорошо будет – очень, очень хорошо, ручаюсь!

Ванька же носяру себе ногтём почесал, губу пожевал, посмотрел, прищурившись, на жизнерадостную хозяйку, да её и спрашивает:

– Там видно будет… Время покажет… А вот скажи, Навьяна – кто та девица чернявая, которая под видом рыцаря со мною сражалась? У реки у Смороды, где наехали на нас те уроды?

Внимательно Навьяна на собеседника своего посмотрела, словно изучая его, а затем молвила:

– Борьяна то была, Ваня, Чёрного Царя дочка.

Яваха после сего известия на ногах даже не усидел.

Вскочил он с места, и глаза его от волнения аж загорелись.

– Точно! – вскричал он голосом мощным. – Всё сходится! Сама судьба нас свела! Ох и славно получилося, что я её не прибил! Удрала, значит, краля – выходит, живая она?

– Эх! – заявила ревниво Навьяна. – Вижу, втюрился ты в неё, парень. Да только зря – не по тебе она, Ваня, Борьяна-то. Чокнутая она зазнайка. Во как она в пекле уже всех достала!

И она себе повыше головы ребром ладошки провела.

А потом заметила преязвительно:

– К власти она привыкла безграничной, ага.

Яван молчал.

– Папаша ейный с другими крут донельзя, а её балует, – голос Навьянин точно любовь-то не выражал. – За нею весь цвет пекельной знати увивается и руки её добивается, но Борьянка всем отказывает. Любви, Вань, она не знает.

А Яван и слушать её не желает и решительно собираться начинает: котомку свою ищет да палицу приглядывает.

То наблюдая, аж растерялась сначала Навьяна; вскочила она с лавочки, руки холёные к груди прижала и чуть ли даже не запричитала:

– Куда ты, Ванечка, погоди! До Пекельного города путь ведь неблизкий.

А ежели хочешь знать, я тебя туда в один миг могу доставить, и глазом не успеешь моргнуть… Ну, не спеши, пожалуйста, Ваня! Денёк-другой у меня побудь – гостем желанным для меня будешь. Прошу!

Подумал-подумал Яван: а и в самом деле, куда бежать-то, голову сломя?

– Ладно, – Навьяне он отвечает. – Остаюсь, так и быть… Уговорила… Только знай – не более чем на три дня!

Обрадовалась Навьяна непередаваемо – аж засияла вся; золотыми власами она тряхнула, очами изумрудными сверкнула и объявляет весело:

– Правильно, Яванушка, не пожалеешь! Ты заботами себя не грузи – думай о позитивном, а я такие условия тебе создам – ну, обалдеешь прямо!

Ещё шире чаровница преумная глазищи свои прекрасные распахнула, брови тонкие изогнула гибкими луками и зашептала что-то ротиком фигурным.