Моряк – не профессия, это образ жизни

III, теперь ты герой Греции!

Электромеханик заступит на следующую вахту, поспи.

За кормой появились чайки и бакланы, непохожие на северных.

Ранним утром слева по борту, курсовой 20, стали видны проблесковые маяки острова и уже к полудню лоцман завел судно в порт Гаваны.

Пограничник – зрелая толстенькая мулатка заходит в каюту Владимира, в руке его Паспорт Моряка. Говорит на отдаленном русском:

– Задараствуйте Валадими?р! Как дельа? Харошо?

Улыбается и шлепает штамп в паспорт.

Телефонным звонком по внутренней связи II механик просит зайти к нему.

– Это из Дублина «привет»– один твой.-Показывает на 2 ящика «Скотч Виски».– Излишки, наверное, и хитро улыбается.

Разлили ЗА ПРИХОД.

Владимир смакует.

–Дааа, это не какой-нибудь там бурбон.

В уже чистую каюту со свежими занавесками стучится и входит II штурман:

– Зарплата!

Достает три ведомости.

– Вот здесь распишись, сумма $2 700. Это зарплата.

Здесь за ремонт, сумма $ 2 300.

А это подъемные, сумма $5 000.

ИТОГО -$10 000.

Получи!

Кладет на стол пачку запечатанных банкнот номиналом в «бакинских рублях».

Ошарашенный такими деньгами Владимир отправился ко второму.

– А что не так? Я получаю дополнительно за деда, ты за IV механика. За котельных машинистов кто потеет, ты да я.

Там за ремонт, и что ты не ремонтировал? Все справедливо.

А 5 штук – это подъемные. И что? Послушай, наша задача, делать все возможное, чтобы судно двигалось, их задача делать деньги и делиться с нами. Пусть они иначе называются, нам то что?

Владимир входит в свою каюту.

Закрывает ее изнутри и ставит кассету в магнитофон. Из колонок полилась музыка. Он несколько раз прокрутил кассету и нашел песню Токарева «Нищета». Уселся в кресло, положил ноги на стол, прикурил и положил лед в стакан с виски.

В руках перебирает сто долларовые купюры как карты. Делит пачку пополам с финтом, небрежно, а то бросает их по одной на стол, как в раздаче.

Подпевает окончания строк и особенно слова «Ты богатство мое – нищета».

– Начинаю прозревать относительно «подъемных». Что-то и убегать уже никуда не хочется. Я так тебе скажу, дядя, жизнь твоя бренная налаживается. Так–таааак! Подъемные говоришь? Павлины говоришь? Дела, делают дела, ха-ха, вот тебе бабушка и Юрьев День! А как бы мне в этом поучаствовать? А? Тихо-тихо, бычок молодой, осмотреееться надо, не торопииись, всему свое врееемя.

Говорил Хуан, в этих местах нам долго париться, без владения испанским – труба.