Аксолотль и статуэтка превращений. Часть вторая

– Бедная Леночка, – посочувствовали Леночке ребята.

– Позовите маму, – слезливо попросила Леночка.

Илья и Вильям с тревогой посмотрели на шайкинский дом и опасливо переглянулись. Уж слишком грозно и неприступно выглядел теперь дом Анны Павлиновны Шайкиной, хотя синяя лавочка, место ежевечерних посиделок, осталась на своем месте, у подножья крепостной стены.

– Да-а, – неопределенно произнес Илья. – А вдруг твоя мама нас того…?

– Чего «того»?

– Ну…. Смотри, какой у тебя дом. Ты вон в русалку превратилась, а вдруг твоя мама тоже еще в кого-нибудь, в Минотавра, например?

– Вот еще! – Фыркнула Леночка.

Однако Вильям и Илья ее возражений не разделяли и смотрели на крепость с тревогой и подозрением. От этих Шайкиных всего можно ожидать!

– У тебя дом тоже на крепость похож, – логично заметила Леночка. – А ты каким был, таким остался. Одежду только чудную носишь.

– Так то – я, – ответил Илья, поворачиваясь к Леночке. – Да и откуда ты знаешь, что я – это я? Может, я – это не я, а чудовище в человеческом облике?

– Вот еще! – Вторично фыркнула Леночка, но подальше от берега отодвинулась.

– Ладно, не бойся, я русалками не питаюсь, – усмехнулся Илья.

– Я тоже, – сказал Вильям. – Позовем, что ли?

– Придется. Ты иди первым, а я, в случае чего, прикрою.

– Храбрец. А еще самурай.

Но Илья ничего не ответил на колкость. Он отошел в сторону, полуобнажил клинок своего меча и замер в боевой готовности.

Вильям подошел к тяжелым крепостным воротам шайкинской крепости.

Поднял руку, собираясь постучать, но внутри крепости раздался громкий звон, похожий на обрушение штабеля железной посуды. С грозным лязгом распахнулись ворота. И на улицу выбежало какое-то чудовище, огромный длинношерстый зверь с полуметровыми клыками, черными когтями, хвостом. При внимательном рассмотрении чудовище оказалось собакой, Ленкиным любимцем Тобиком, разросшимся до лошадиных размеров. Вид у Тобика, не смотря на размеры, был совсем не страшным, как и прежде изможденным ежедневными Ленкиными ласками. Большая мохнатая голова уныло склонилась, толстые лапы заплетаются, облезлый хвост волочится по земле. Даже приколотый к голове пестрый плюмаж и яркая попона не добавляли Тобику воинственности.

Верхом на собаке восседала Анна Павлиновна Шайкина!!! Анна Павлиновна была с ног до головы закована в тяжелые доспехи, на голове – шлем, украшенный золочеными буйволовыми рогами. А сколько боевого задора, огня и гнева пылало в этих маленьких глазах.