Йоля, или про то, что всё – не так, как на самом деле…

Но не в этот раз…

Правда, однажды случилось ещё одно, доселе им невиданное, супер зрелище, когда вечером «весёлые» мужики гоняли мяч на поляне возле местной школы. Тут было всё: и движение, и азарт, и тот же мордобой. Йоля со своего «зрительского места» просто неистовствовал от накала страстей, имевших место на игровой площадке. Авторитетная Варвара Сергеевна в качестве рефери укрощала разборки. Она показывала злостным нарушителям свой старый партбилет в качестве «красной карточки» и выводила их с поляны. Бились до наступления сумерек.

Расходились все усталые, но довольные. Даже те, кто проиграл.

Но такое удалось наблюдать только раз… Только раз – для всех остальных. На самом деле Йоля видел этот матч дважды…

Уже смеркалось, когда Йоля в очередной раз «десантировался» на глинистую проплешину и шагал по направлению к новой стройке. Её начали совсем недавно, и расположилась она на пригорке за посёлком. Некоторое время там всё движение, все работы приостановились, а теперь привезли какие-то ящики, понагнали всякой новой техники и работали даже ночью.

Пройти туда от «точки приземления» было сподручнее мимо заведения Варвары Сергеевны. Вот Йоля, придумав оправдание сейчас для себя, а на будущее для Мен, не торопясь, следовал мимо злачного заведения (следовал, естественно, лесом). Он сначала не обратил внимания на женщину, которая торопливо шла – почти бежала – по направлению к пивнушке. Но когда сквозь ветви разглядел её статную фигуру, так непохожую на облик обычных посетительниц здешнего вертепа, то узнал в ней жительницу приозёрного хутора и не удержался, что бы всё-таки не остановиться и не понаблюдать за дальнейшими событиями.

Ждать долго не пришлось. Чуть погодя женщина вышла из заведения с каким-то мужиком. Тот возмущённо размахивал руками, что-то громко объяснял, показывая в сторону леса, беспрестанно крутил пальцем у виска и тыкал в запястье левой руки, на котором обычно находятся наручные часы. Но часов на руке не было… Оля поначалу терпеливо слушала мужика, потом решительно отодвинула его в сторону и зашагала по направлению к старой просеке, которую когда-то готовили под новую ЛЭП.

Йолю посетило чувство тревоги, что с ним случалось крайне редко. Понятно, что у барышни явно возникли какие-то неприятности, но обычно Йолю мало задевали проблемы местных обитателей. Любопытство и любование являлись основными мотивами и стимулами его прогулок в данной местности, а невмешательство в события здешней жизни – главным правилом.