Освобожденный

Махины типа автобусов, с такими же огромными на полборта окнами, заполненные пассажирами. Обгоняли юркие малышки типа скутеров, без колес и с одним водителем. Навстречу выплыла платформа, своими размерами она сразу поразила Владимира. На ней стоял на лапах притянутый тросами стреловидный аппарат с маленькими крыльями по бокам, в длину не меньше двадцати метров, да и в высоту не меньше шести. Степнов выпал из реальности. Пришел в себя только лишь тогда, когда понял, что вокруг тишина и никого рядом нет. А еще почувствовал, что они поднимаются в лифте.

Паренек молчал, никак не проявляя своих эмоций, молчал и Владимир, ему просто не хотелось говорить.

– Как бы крышу не снесло от увиденного, – прошептал он себе.

Движение лифта замедлилось, и огромная часть стены просто пропала. Как? Степнов так и не заметил. Картина, которая появилась за пределами лифта, добила его окончательно. Вокруг был яркий солнечный день, стояли деревья, кустарники вдоль дороги, над которой плыла платформа. Справа стена, почти неразличимая, а выше прозрачный купол в крупную сетку, через который был виден черный космос с одной стороны и яркая звезда с другой стороны.

Слева плыл парк с дорожками, полянами с изумрудной травой, с клумбами разноцветных цветов и прудом, с мостом по центру, перекинутым через него. Дальше виднелись крыши коттеджей, крытые черепицей разного цвета. По дорожкам прогуливались ярко одетые прохожие. Движение здесь было совсем малое. Степнов почувствовал: стало теплее.

«Куда я попал?» – промелькнула мысль.

– Жилой уровень «А», – произнес паренек. – Самый дорогой уровень, приближенный к планетарным стандартам. Здесь офис владельцев станции и их дома.

Похоже, незаметно для себя Степнов произнес свой вопрос вслух. Платформа продолжала двигаться. Степнов стал осознавать, что последние месяцы он слышал легкий гул и дышал каким-то странным воздухом, сухим и без запахов. И вот сейчас его мозг пробит буйством запахов, где-то вдалеке звучала музыка, слышался радостный смех.

Голова стала кружиться, как от недостатка воздуха. И правда, Степнов, вдохнув, забыл выдохнуть, зависнув. С шумом освободив легкие, стал учащенно дышать.

– Прибыли, – сообщил паренек.

Платформа стояла у матово-белой стеклянной распашной двери. На двери красовалась надпись «Медблок А-4». Гед указал на нее пальцем:

– Тебе туда.

Молча встав, Степнов повесил на плечо рюкзак и шагнул к двери. Она распахнулась и сразу же закрылась, едва он прошел.