Крона огня

 – Глаза юноши гневно сверкали, и кулаки сжимались в поисках вражьего горла. – Проклятье, кесарь должен направить сюда отряд, чтобы изловить мерзавцев и развесить их вдоль дороги!

Пока мой отец правил в этих землях, такого здесь не было и в заводе. Ну, да ничего, сволочам, которые думают, что в Нейстрии больше нет хозяина, придется горько разочароваться – теперь я заставлю этих злодеев почитать силу геристальского дома. Они все у меня станцуют, не касаясь земли ногами. Итак, пишите, к утру послание в Реймс должно быть готово.

Вы поедете вместе со мной.

– Но… Но я…

– Это излишне. Все ваши причины – полная блажь. Как вас звать?

– Брат Ленард, с вашего позволения, – ошарашенно пролепетал монах.

– Вот и прекрасно. Сейчас же отправляйтесь спать. Как только прибудет мой отряд, едем в Реймс.

– Но вечерня, заутреня?..

– В монастыре хватает тех, кто это сделает за вас. А вы, святой отец, спасете душу иным образом. Итак, еще раз: к утру должно быть послание, а вам надлежит быть отдохнувшим и готовым к дальней дороге.

Я все сказал. – Шарль из Люджа небрежным жестом указал на дверь, точно позволяя слуге удалиться. – Ступайте.

К вечеру и впрямь в туманной дымке замаячил лес. Унылая степь, тянувшаяся от него до самых гор, казалась вымершей. Все, что могло спрятаться при одном только звуке шагов Фрейднура, спешило залезть в норы, все, что спрятаться не могло, уносилось прочь, не желая попадаться на глаза великану.

– Я хочу есть, – гудел он, будто в пустую винную бочку.

 – Я очень хочу есть. Я сейчас кого-нибудь съем.

Карел зе Страже не был новичком в ратном деле и потому быстро нашел верную тактику: куда бы ни поворачивался гигант, сэр Жант моментально оказывался у него за спиной.

– Где еда? – недовольно гундосил огроменный детина, из-под руки созерцая бескрайние степные просторы. И вот, когда начало темнеть, наконец впереди показались деревья. – Там должна быть еда, – радостно сообщил Фрейднур и бегом устремился в чащу.

Деревья, уже десятки лет стоявшие на одном и том же месте, не разделяли его прыти и даже, на беду себе, не подумали расступиться. Удар по стволу лапищей в одну сторону, еще один удар в другую – сосны толщиной в обхват переломились с хрустом, будто пережаренные чипсы. Карел изрядно отстал, но сбиться с пути было невозможно, за спиной Фрейднура оставалась широкая просека, вернее, пролом.

– Ага, олень! – раздался впереди радостный клич великана.