Долгая мелодия саксофона

Да, шар еще можно было склеить… И тогда одна зрительница-старушка, испугавшись, что все это сейчас выкинут в мусор, схватила это дитя и убежала с ним. И все со мной вздохнули с облегчением – значит, будет жить. Ха-ха-ха.

– Жаль. Я тогда на выставке был подростком, и у меня не было фотоаппарата. Всегда хотел сфотографировать этот ваш «Футбольный мяч» с разных сторон: футбольный мяч, наша планета Земля, маленький человек в утробе матери. Человек, жизнь, игра. Аркадий Владимирович, всегда хотелось вас назвать своим другом…

– Называй.

Они выпили вина, Аркадий Владимирович взял гитару, и они, не сговариваясь, выразительно, артистично и очень душевно запели:

Выхожу один я на дорогу;

Сквозь туман кремнистый путь блестит;

Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,

И звезда с звездою говорит.

В небесах торжественно и чудно!

Спит земля в сиянье голубом…

Что же мне так больно и так трудно?

Жду ль чего? Жалею ли о чем?

Уж не жду от жизни ничего я,

И не жаль мне прошлого ничуть;

Я ищу свободы и покоя!

Я б хотел забыться и заснуть!

Но не тем холодным сном могилы…

Я б желал навеки так заснуть,

Чтоб в груди дремали жизни силы,

Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь;

Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,

Про любовь мне сладкий голос пел,

Надо мной чтоб, вечно зеленея,

Темный дуб склонился и шумел.

    (Лермонтов)

– Сегодня ночью спал на стоге сена.

Хотел сфотографировать красивый мост на рассвете… Ах, как светила луна!.. И я ее много фотографировал: в отражении реки, в отражении старого колодца, у себя на руке, над полем, над лесом… Потом просто лежал на стоге сена и смотрел на нее. И сколько всего вспомнил… Почему в памяти остается одно, а другого как будто и не было. Наверное, надо чаще рассказывать другим про себя… И проживать свою жизнь еще раз и еще раз… И тогда не забудешь это до своей смерти. А жизнь должна катиться дальше, дальше… Легче, быстрее, вернее…

Наступила долгая пауза, во время которой два друга выпили еще по два совсем маленьких стаканчика вина и даже станцевали синхронно под саксофон. Они привыкали друг к другу. Они наполняли себя новым другом, которого давно хотели иметь. И Аркадий Владимирович почувствовал, что он должен рассказать своему новому, умному другу что-то очень значительное из своей жизни.