Алый феникс

 – Кажется, там кто-то был. Стоял на самом краю, глядел на нас.

– Человек?

– Вроде да. Одежда светлая, с песком сливается. Не разглядеть толком.

Мы повертели головами, пристально оглядывая кромку каньона, но никого не было видно. Я прикрыл глаза, на несколько секунд запуская Медитацию. До обострившегося слуха долетели звуки возни скорпидов в отдалении, но наверху я ничего не засек. Лишь затухающие эманации течения Ци, похожие на след брошенного в воду предмета. Какая-то магия?

Вскоре и эти слабые следы исчезли.

– Ладно, пойдем дальше, – махнул я рукой и снова достал посох. – До этой пирамиды еще топать и топать.

Не обманул Джанжи – оружие снова чистенькое и сверкающее на солнце позолотой.

– Пойдем, – вздохнула Эдж, убирая лук и на ходу припадая к бурдюку с водой. – Только ты и дальше собираешься всех мобов один валить? Хоть бы немного мне оставлял. Я со всей этой толпы почти не получила опыта.

– Прости, Крис. Правда, мне-то опыт нужнее. Я же говорил.

– Ах, ну да, твое жутко важное и жутко секретное задание! Меня-то тогда зачем с собой потащил?

– Вдвоем веселее, – улыбнулся я с хитрым видом.

 – К тому же я уже соскучился по Эдж.

Глава 4. Сокровища Рахаги

Впереди был еще долгий путь, и наша схватка со скорпидами оказалась, конечно, далеко не единственной. Вся долина кишела этими монстрами, скрывающимися от палящего солнца в песке, под валунами, в расщелинах скал. Само солнце за время нашего путешествия немного сместилось к западу, так что скалы начали отбрасывать тени.

Но это было жалким утешением, поскольку  тени эти были крошечными и прохлады не давали. Ко всему прочему здесь, в долине, не было ветра – его редкие порывы проносились поверху, иногда срывая вниз потоки мелкого песка, похожие на сухие водопады.

Скорпиды редко нападали поодиночке. Чаще дожидались, пока мы продвинемся дальше по долине, стягивались отовсюду, подбираясь все ближе, и бросались в бой, когда собиралась стая не меньше дюжины особей.

Не помогала даже моя ядовитая кровь – твари шипели, клекотали, поначалу осторожничая, но затем голод и слепая ярость все же брали верх над предусмотрительностью. Их можно было понять. Жратвы здесь, в пустыне, почти не было, и похоже, большую часть времени скорпиды грызлись между собой или охотились на каменных варанов. И то и другое было сомнительной радостью с гастрономической точки зрения. А тут мы – такие мягонькие и вкусненькие.