Дикие земли. Шарп

Он остановился у дверей в квартиру номер 43, и тут уж я понял, что эта череда совпадений чересчур далеко зашла.

– Вам чего надо? – не очень-то дружелюбно поинтересовался паренек, когда я подошел ближе.

Ответить я не успел – дверь открылась.

– Брэндон, ну где ты пропадаешь? Ты же говорил, что закончишь в семь.

– Ну, задержался немного, – проворчал парень, оглядываясь на меня.

Хелен вышла на порог, и мы встретились с ней взглядом.

Меня не назовешь особо впечатлительным, но в этот момент я почувствовал, как сердце тяжело ворочается в груди, будто вместо крови ему приходится проталкивать вязкую пасту.

В голове вертелся только один вопрос. Глупейший, по сути.

Сколько лет прошло? Сколько мы уже не виделись?

Хелен, похоже, тоже проняло. Мы секунд десять молча смотрели друг на друга, пока она, наконец, не выдавила тихо:

– Ты?

Стало быть, узнала. Уже неплохо. Я-то сам с трудом разглядел в ней знакомые черты. Понятно, что другая прическа, другой цвет волос… черт возьми, да все другое! Я вряд ли узнал бы её, если бы мы столкнулись где-нибудь на улице.

Плюс, я не ожидал увидеть её такой… взрослой. Понимаю, глупо. Но у меня в памяти она так и осталась молодой девчонкой. А сейчас передо мной – уставшая раздраженная женщина, которой запросто можно дать лет сорок, если не больше.

А парень… У него глаза Лоры. И нос. И даже её фирменный прищур. Как я раньше-то этого не заметил?

Значит, в тот раз она все-таки оставила ребенка. И, похоже, воспитывает его одна.

Черт возьми, полностью повторила судьбу матери.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Хелен таким голосом, что мне показалось, будто за шиворот мне горсть снега забросили.

– Долго объяснять… Может, я войду?

– Нет, конечно! – отрезала она. – С чего ты вообще взял, что можешь так вот запросто заявиться ко мне?

– Кто это, мам?

– Неважно. Иди пока к себе. Мистер уже уходит.

Она красноречиво указала мне в сторону лифта.

– Хелен, ну зачем ты так? – вздохнул я.

 – Я поговорить хочу. До Лоры никак не могу дозвониться, и…

– Издеваешься?!

И парень, и Хелен посмотрели на меня так, что стало понятно – я снова где-то облажался.

– Мама умерла, – сухо сказала Хелен. – Полтора года назад. Я тебе даже присылала приглашение на похороны. Но ты, как обычно…

– Мне жаль. Хелен…

– Ни хрена тебе не жаль! – перебила она меня.

Я прислушался к себе и кивнул.

– А знаешь, ты права. Не буду врать.