Незаконнорожденный. Книга 2. В мире птицы мохо

Сколько времени она здесь уже находится, Олиона не имела понятия. Но живот уже почти не болел, хотелось есть, а особенно пить. В комнату снова вошли солдаты, вывели ее и, проведя здесь же по коридору, втолкнули в ярко освещенную комнату, украшенную портьерами из разноцветных тканей, вырезанными из полупрозрачного камня фигурками, красивыми перьями. Удобные кресла на гнутых ножках стояли у большого стола, на котором находились вазы с фруктами и причудливые кубки, а в креслах сидели люди в черных длинных, до пола, рясах с остроконечными капюшонами на головах, полностью скрывающими лица.

Десять человек, сидящих в креслах, насчитала Олиона, когда ее поставили перед ними. У нее пересохло во рту и страшно першило в горле. Заметив это, сидящий в центре сделал знак, и один из солдат подал ей большую кружку воды, которую она выпила одним махом. Солдат забрал кружку и удалился. В помещении осталась только Олиона и десять непонятных фигур.

– Кто ты? – бесстрастный холодный голос исходил от сидящей в центре фигуры, – и как оказалась здесь?

Олиона сразу же узнала манеру разговора миркутянских жрецов.

– Я попала сюда случайно, – сказала она, пытаясь угадать, что скрывается под капюшонами, – приехала в гости и требую меня отпустить!

– Не лги нам! – жрец приподнялся на месте, – нам все известно про тебя!

Он потянул висящий сверху шнурок, и в боковую дверь танцующей походкой вошла красивая женщина, в которой Олиона узнала ту, которая в камере давала ей воду в черепке.

      Только теперь она была ярко накрашена и разодета в шикарное платье, искусно сделанное из птичьих перьев.

– Я все слышала. Лживая тварь! – выкрикнула она и с силой ударила Олиону по лицу, – ты знаешь, кто перед тобой? Как ты осмелилась лгать Великому Магистру, главному жрецу Черной Змеи, и его Избранным братьям? Она же сама сказала мне, что Хранитель здесь!

Олиона вспыхнула и с ненавистью глянула на женщину.

– Ты еще получишь свое, мерзавка! – крикнула она, рванулась к ней и схватила ее за горло.

Вбежавшие солдаты с трудом оторвали руки Олионы от горла предательницы. Та надрывно кашляла и болезненно морщилась, держась за помятое горло.

– Спасибо, Ситацепа! – бесстрастно сказал Великий Магистр, – а теперь подожди в сторонке. Я высоко ценю твои услуги и сведения, добытые тобой. Скоро ты займешь подобающее тебе место.