Месть Ахсартага

– Ну, ещё бы! Ирон больше всех привёз из балца скальпов – аж 18 штук. Ему самую большую долю выделили из общей добычи, почти равную самому скептуху. Мне об этом один обозник рассказывал, – резюмировал осведомлённый алазон.

А в центре площади за столами, где пировали воины, царил дух доблести и благородства. Раздавались здравицы в честь блистательного вождя и отличившихся в походе аланов. При этом часто упоминалось имя «Распараган». Соратники единодушно выказывали уважение ирону признанием его заслуг. Под плеск божественного ронга – хмельного напитка настоящих мужчин, звучало:

– Пусть удачны будут твои доблестные дни, Распараган!.

. Пусть привратник Аминон долго ещё не отворяет перед тобой врата в Страну Мёртвых!.. Да будут счастьем наполнены дни твои!..

И только один человек, тая обиду в душе, с печатью скуки и апатии на лице, обуреваемый честолюбием, с завистью размышлял:

– Скопище глупцов, хвастунов, пустословов. Словно бога прославляют проклятого ирона. Пусть всю жизнь его преследует проклятие!

Всеобщее почитание триумфатора, омрачало душу Саурмага, навлекая большую ненависть на доблестного соперника, от чего аорс делался мрачнее тучи в осеннюю непогоду.

– Пусть горе постигнет твой очаг, о ненавистный ирон! Да умрут у тебя столько родственников, сколькими похвалами осыпали тебя сегодня! – насылал проклятия неугомонный злопыхатель.

***

Удобное место на берегу Сауфурда некогда избранное для стоянки кочующими со стадами племенами со временем стало постоянным стойбищем Ардоз.

Теперь здесь обосновалось племя иронов. Каждая состоятельная семья построила свой хадзар (дом) с загонами для скота, изготовленными из плетней. Домом обычно управляла афсин (старшая женщина), она же считалась главой рода и хранительницей священных семейных реликвий – надочажной цепи Сафы с медным котлом, в котором готовилась пища. Под её началом и попечительством находился старейшина и другие члены рода, не кочующие со стадами из-за немощи либо по каким-то иным причинам.

У кочевников, наряду с воинами, уважаемыми считались пастухи, поскольку с них начинала развиваться аланская общность. Они издавна строили из войлока свои кибитки на 4-х и 6-тиколёсных повозках, запряжённых волами. На ночь повозки выстраивали в круг – так в случае необходимости легче было отбивать нападения, а всё стадное поголовье загоняли внутрь такой цитадели. Этот веками отлаженный способ позволял выживать в существующей жестокой действительности.