Серебряный воздух

Слишком пристально взглянула, и он на неё взглянул… И вскоре, вопреки недовольству знатных родителей и родственников, она стала женой безродного, хотя и не бедного, гончара, обладателя белозубой улыбки, а следом – и матерью родившегося Авдия.

И жили они втроём счастливо и улыбчиво, и всё было хорошо, если не считать прохладного отношения к их маленькой семье большой и надменной семьи Катонов. Они и не считали. Эта мелочь не могла покачнуть их простого спокойного лада.

Но однажды привычная улыбка навсегда исчезла с отцовского лица.

Умерла от сердечного недуга любимая жена.

На похоронах отец с сыном стояли в стороне от многочисленнного семейства Катонов. К ним подошли её родители. Обменялись холодными соболезнованиями.

Около них задержался её старший брат – сенатор Луций Катон – крупный носатый здоровяк, в белой тоге с пурпурной отзолоченной каймой. Он окинул цепким взглядом юного Авдия, положил мощную ладонь ему на плечо.

– Парень, что надо, – громыхнул он. – Думаю, что взял лучшее у матери и у отца.

Я в людях не ошибаюсь. Предлагаю – военную карьеру. А там – поглядим. Школа легионеров Свила Магнуса. Сильнейшая в Риме и в Италии. Подходит?

Так началась для Авдия другая жизнь – резкая, безжалостная. Почти без улыбок. Он быстро принял её и отвык от всего прежнего.

Через три года, отправляясь на восток в звании декана контурбения (восьмёрки пехотинцев) с легионом всадника Симеона Лея, он посетил своего строгого дядю.

– Ты оправдываешь мои предвиденья, – одобрительно сказал сенатор.

 – Отзывы о тебе хороши. Тебя ждёт блестящее будущее. Наверное, мы ещё встретимся. Вдалеке от Рима. Возможно, по особенным обстоятельствам.

– Каким таким особенным? – удивился бравый легионер.

– Ещё не знаю. Что явит судьба. А ты… ни в чём не сомневайся. Меньше всего – в себе. Всё будет, как должно быть. Есть вершители судеб, они всегда правы. Великий Рим – всегда прав. В этом – его могущество. И твой смысл. Проникнись.

Очень понравилось молодому Авдию – насчёт правоты.

Рим всегда прав – какие могут быть сомненья!

Это была их прошлая встреча.

А теперешняя, по прошествии десяти лет, скоро состоится здесь, в Египте. Вот только теперь не всё так бессомненно в нём.

Отнюдь не минувшее десятилетие раскачало незыблемые основы. Одна лишь последняя неделя…

До Египта он побывал в Сирии, Иудее, Самарии, Парфии, Македонии, Греции…

Парфянская война отмерилась ему полной мерой.