Бортовой инженер Вселенной

И под вечер экипажем полным всем техническим рванули к бабке дегустировать продукт чеченский, был уверен как в себе в котором.

В Лихоборовскую войско наше лихо прибыло, туда, где жили старики в хорошем доме справном, и конкретно приступили к делу: за обставленным столом уселись да по стопке для начала сразу. Алкоголь как алкоголь. Все живы. Только Женя Голоконь чего-то кочевряжиться вдруг начал: «Братцы, – говорит, – я не могу помалу первый раз, меня канудит эдак. Я стакашечку одну хотел бы пропустить ещё, а то же как-то и ни в жопе, и ни в роте будто».

Кто мог против быть? Никто, конечно. Для того и приезжали, чтобы пить да кушать на халяву вволю.

Голоконьчик тут и рад стараться. Шарахнул ещё один стопарик и довольным стал, хотел уж было закусить, да вот не вышло только. Ни с того и ни с сего как будто вдруг в раскос пошли глаза упрямо, неестественно и странно очень. Встал со стула Голый Конь и двинул к туалету семенящим шагом. Чуть прошёл да на сырую землю повалился и завыл надрывно: «Помогите! Умираю! Мама!».

Стало гнуть его, вертеть как суку, электрического будто ската проглотил, а тот взбесился в пузе.

И орёт, что мочи есть, и плачет, как ребенок, технарёк, да так уж стонет жалобно мужик, что души выворачивает к чёрту прямо. Ошалели мы. Стоим. Глазеем. А вот делать что, того – не знаем.

Самый мыслящий в делах лечебных – старший прапорщик, механик Дятлов, отучившийся семестр в медшколе, говорит: «Ему побольше надо молока залить вовнутрь, кефира или даже простокваши просто.

Молоко всегда любому яду первый враг, уничтожитель первый! В нём одном спасенье Жени, братцы!».

То лекарство не искали долго: у хозяюшки – клиентки нашей только-только отелилась тёлка, и дала нам молока старушка. Мы к товарищу, а он юлою так и крутится, уж так и вьётся бедолага весь ужом, какого жарить начали живьём садисты. Антияд, а ну залей попробуй! Успокоить чтоб, толпою дружно навалились всей. С трудом огромным на пределе сил последних держим. Вроде стал чуток поменьше виться.

Влить пытаемся лекарство в Женю. Только поняли – пустое дело. С сумасшедшею, с великой силой Голоконь сжимает зубы, так что ни старались сколь – всё бесполезно, даже капельки-граммульки малой в рот никак ему залить не вышло.

Покумекали, и что же: зубы развели дрючком, брусок воткнувши для гарантии потом меж ними. Ничего не получилось снова. Молоко в рот не идёт, назад лишь с белой пеною обратно лезет. В общем, чуть не захлебнулся парень.