Бортовой инженер Вселенной

Но освоился когда немного, оклемался чуть когда калечка и внимание к себе приметил, вдруг вовсю раздухарился парень. Люди южные – они обычно снисходительны к калекам очень, благосклонны к обделённым жизнью.

Инвалид мой это понял быстро, осознал свою значимость скоро, ну и стал качать права: «Пью мало, – говорит, – и то вино сухое исключительно одно лишь только. Мне, пожалуйста, домой налейте, – попросил, – хоть бутылёк с собою. Как приеду, за здоровье ваше обязательно с мамашей шлёпну».

Магомет ему, что начохраны: «Под руками, – говорит, – сухого нет сейчас у нас, не пьём его мы.

Виноград ещё не жали свежий. А от старого одна цистерна на заводе лишь осталась только, то бишь ёмкость от ж/д вагона, вертикально на попа стоит что, и один торец в которой срезан. Кран на ней законопачен нижний, работяги не тянули дабы. По приваренным ступенькам надо лезть до верха, взять винишка чтобы. Вот закончим пир, уважим сразу, а пока же обожди немного».

Только тот как банный лист до жопы прилепился и одно талдычит: «Вы, товарищи, когда напьётесь, накулякаетесь, вас на ёмкость не загонишь никакой дубиной.

Сам я слазаю пока, давайте, от стола не отрывать вас зря чтоб. На здоровьечко себе гуляйте».

С укоризной, с состраданьем горьким поглядели на того Сашулю. У тебя мол, друг, не только ноги, но и также с головой не ладно. Я хотел уже упрямца матом остудить и урезонить малость, но взмолился тот: «Да вы не бойтесь, виноделы, сил в ручонках хватит. Вся из ног перебежала в руки.

Знать должны, в чём бог обидел если, обязательно в другом добавит… Я по лестнице пожарной в школе на руках одних частенько лазил и ни разу не свалился даже». Мы ослины распустили уши, на спектакль таки решили глянуть. И, наверно, прогневили бога отношением таким к калеке.

Ну, встаём из-за стола, шагаем до ангара, ёмкостя в котором в ожидании стоят. Подходим. Отворяем, входим внутрь компашкой. Снял с пожарного щита ведёрко завспиртами и подал артисту. «На, дерзай, бери, – сказал, – дружище, – на цистерну показал, – вино здесь то, что надобно тебе, сухое».

Взял ведро калека мой, на руку нацепил его и вверх метнулся обезьяной, несмотря на то, что неподвижно вниз висели ноги. Не соврал, видать, про школу Саша. Интересно это было очень, удивительно и мы в ладоши циркачу заколотили громко.

И успехом окрылённый полным, новоявленный артист рукою помахал нам с высоты: глядите, я силач какой, какой бедовый.