Кого не жалко

– Э-э… я должен пояснить… – Ирманьо неуютно глянул в лица собравшимся, – искусственным особям не дали имён, чтобы не входить в заблуждение, что они настоящие люди…

– Ты неплохо усвоил их логику, – неодобрительно отметила Арисима.

Ирманьо съёжился под её взглядом. Дрожащими руками приладил информационный ключ к высококачественному транслятору, подобрал из крепления маленький белый пульт и, спотыкаясь о полы белоснежного одеяния, поспешил на своё место.

– Особи по кличкам Ферзь и Стерва… – Ирманьо стало неловко за произнесённое в приличном обществе слово, – …в общем их отбраковали несколько раз, пока не стало понятно, что они вообще не люди… вернее, нелюди… По окончанию эксперимента, последовавшего за смертью восемнадцатилетнего по кличке Сикх, мой предшественник приказал провести процедуру, похожую на усыпление умирающих животных…

– Ирманьо! – Арисима болезненно поморщилась.

Тибр нахмурил брови вслед за Труром и Иланом.

– Что ещё я могу сказать? – развёл руками Ирманьо. – Это было до меня! До меня! Я не делал этого!

– К сути, – холодно оборвал истерику Тибр.

Ирманьо нажал на пульт.

Помещение заливал сизый свет с потолка. В нём было хорошо видно, но ощущение от него было совершенно неживое и неприятное. Пол из голого бетона был чист. Большую часть помещения занимали две большие клетки. В одной на вертикальном цельнометаллическом ложе был закреплён молодой мужчина с длинными чёрными волосами и вполне окладистой бородой. По нему синими лентами бегали электрические заряды.

Он не производил ни звука и пассивно смотрел ровно перед собой. Строение его голой груди отвечало требованиям к воинам, он был силён, вывернутые за спину руки бугрились развитыми бойцовскими бицепсами. Другая клетка была больше по площади, но меньше в высоту. В ней, на электрическом стуле, настроенном на непрерывную подачу тока, без возможности ёрзать сидела серая от муки девчонка в какой-то тряпке с дырками для рук и головы на теле.

Возмущённые взгляды некому было адресовать, кроме как Ирманьо.

Старейшина бессильно корчился под ними, устав открещиваться от вины.

В сизом помещении появилось четверо в серых халатах и защитных резиновых перчатках. Клетку со стулом обесточили и с грохотом избавили от одной стороны. Четверо зашли внутрь. Девчонка почему-то была жива. Меры безопасности усилили. На стуле сноровисто установили дополнительные крепления и не только – он стал напоминать зубоврачебный из-за множества железных шприцов на шарнирах.