Баланс черного

Баланс черного

Анна Владимирова

Я – одна из самых известных и загадочных фотографов Арциуса. Казалось бы, ну чего мне не хватало? Наверное, пари на фото человека, которого бы меньше всего ожидали увидеть. Но только меня могло угораздить выбрать того, кто не желал возвращаться под пристальное внимание камеры. Знала, что опасно, но все равно нажала на панель спуска затвора… Райан Вайс – глава сыскной службы Арциуса, Серый кардинал империи, которого уже четыре года никто не видел, вряд ли простит мне это!

Автор обложки Анна Горобец.

Содержит нецензурную брань.

Анна Владимирова

Баланс черного

Пролог

– Ну же, – прошептала я, азартно усмехаясь – Тебе ведь жарко, я знаю… А ворот рубашки так давит…

Мужчина – объект моего пристального внимания, словно услышав, воспользовался наконец панелью и открыл окно, и я, не сдержав победной улыбки, вскинула камеру. Судьба решила мне подыграть – видно, я ей надоела.

– Не уходи… – шептала я, – в номере нет свежего ветерка с соленым привкусом… Давай… Последние лучи садящегося солнца… давно они касались твоего лица?

Он расстегнул несколько пуговиц, ослабляя ворот рубашки, и закурил… Красивый… матерый хищник… смертельно опасный…

– Да ты прирожденная Муза, – выдохнула я, привычным движением активируя панель затвора.

 – Конец мне…

Мужчина замер в окне и хищно сощурился, бросив взгляд на садящееся солнце, и я снова надавила на панель затвора…

Не помню, чтобы когда-либо так нервничала во время скрытой съемки.

За каждым моим кадром стоял точный просчет технических условий, что бы ни говорили критики. Я пользовалась своими возможностями на сто процентов. И чувство превосходства до этого момента было единственным моим напарником во время работы. Сейчас же с каждой секундой я нервничала все больше… Чего только стоило пробраться на крышу соседнего здания, возвышающегося на головокружительную высоту, как и гостиница, в которой остановился объект моей сегодняшней съемки! Я играла со смертью. Но не потому, что висела на тросах в тени затейливых архитектурных складок прямо напротив окна на такой высоте, что от меня и мокрого места не останется, если сорвусь. Высоты я не боялась, а большой высоты тем более.

Мне нельзя было здесь находиться и снимать на камеру человека, настолько не желающего оказаться на виду… Все те знаменитости, на которых я когда-либо открывала фото-охоту, не шли ни в какое сравнение с недосягаемостью мужчины, которого я фотографировала сейчас.