Русланиада

Распределив треть вязанок, остатки непочтительно выгрузил прямо во дворе у Кёрла, взамен загрузил выгнутые доски для днища, накинул на них холст и потащился, ещё сильнее упираясь и разрывая ногами твёрдый грунт, на край селения, в сторону портика.

Базааф принял у него сани у самого края обрыва. Юрик едва переводил дух. Базааф не показывался в селении, но времени не терял. Выкованный на кузне каркас теперь был надёжно спрятан в шатёр. Базааф споро разобрал поклажу, возвращая Юрику пустые сани. Парень и не успел отдохнуть.

– Садись, – вдруг сказал Базааф.

Юрик без уговоров плюхнулся в сани. Горец подхватил хомут и легко разогнался, отпуская сани вперёд по прямой. Юрик остановился невдалеке от селения и махнул рукой. Ему предстояло доразвезти вязанки дров и помочь Стильме погулять с детьми.

– У меня получилось! – Юрик нёсся по склону, вот-вот рискуя покатиться кубарем.

– Что получилось? – взволновался Базааф, ловя несущегося как снаряд парня у подножия обрыва.

– Я обронил кусочек мяса в люльку, то есть, как будто обронил… она съела, честное слово! Она съела, когда думала, что никто не видит! Но я видел!

– Тише, – успокоил Базааф, прижимая парня к себе и гладя по голове.

– Я видел! – радостно прошептал Юрик.

– Ты молодец, – похвалил Базааф. – Которая из них?

Юрик сник:

– Я запомнил люльку, но их ведь могут переложить…

– Убьём обеих.

Базааф был неумолим.

– Ты что?…– потрясённо выдохнул парень, заметно бледнея даже в темноте.

– Сколько жизней она погубила.

– Это же ребёнок… маленький ребёнок…

Юрик всхлипнул и заплакал у Базаафа на груди.

Мужчина на этот раз не стал его одёргивать, кричать на него.

– Не на… до, – вздыхал Юрик, сотрясаясь от плача.

– Ты прав, пожалуй, – неохотно признал Базааф. – Но нам немедленно нужен план.

– Про марлу спрашивал? – как ни в чём не бывало, спросил он немного погодя.

– У Кифа есть, – Юрик ещё вытирал мокрые глаза.

– Пойду возьму, надо поторапливаться с кораблём.

– Обещай, что не тронешь детей! – потребовал Юрик.

– Сегодня не трону, – пообещал Базааф. – Иди домой, на тебе лица нет. Завтра поговорим.

Базааф работал сноровисто и быстро. Днище и борты были готовы, не хватало несколько досок в палубе. Укреплённая сталью мачта стояла голая. Напомогавшись всем желающим, Юрик начал шить парус под руководством Боцмана. Базааф плёл канаты.