Злой город. Петрополь

От тревожного лунного света труп сперва показался Котову синюшным, но под тёплыми лучами фонаря стало понятно, что откинулся бедняга не так давно – едва начал коченеть.

Переступив на месте, Котов ухватился за поданную руку городового и перешагнул на качнувшуюся лодку. Заглянул в рубку – крошечную будочку со штурвалом, позади которой торчали несколько труб и большой котёл парового двигателя. В рубке оказалось пусто, только перед смотровым стеклом покачивались на цепочке четыре гвоздика.

– Это чего? – кивнул Котов городовому.

– На удачу, – ответил тот, и, видя что сержант не понимает, пояснил обстоятельнее: – Гвозди из подковы, их вместо подковы на удачу вешают.

– А чего не саму подкову?

– Дак… – растерялся городовой. – Удобнее.

– А…

Сержант Котов вылез из будки и прошёл на нос, но и здесь не увидел ничего важного: всё самое интересное лежало на корме в позе распятого кузнечика. Покойник был не особенно молод, лет сорока, и в отличной физической форме (сержант попытался втянуть живот, но тут же сдался и с коротким вздохом поправил пояс).

Убитый распластался под небом в чём мать родила, с аккуратной дырочкой в груди, из которой стекли и засохли две дорожки крови. Приятное лицо, коротко подстриженные волосы. Котов наклонился и приподнял его руку – никаких мозолей, и даже ногти подпилены. Это были руки не рабочего человека. Сержант встал на колени и пару минут старательно принюхивался к трупу, однако не смог уловить запаха алкоголя.

– Эх, за что ж тебя, окаянного…

На лодке крови почти не растеклось, значит, убили бедолагу не здесь.

Котов отряхнул брюки, шагнул к борту, споткнулся о свёрнутый кольцом канат, вполголоса помянул нечистую силу и кое-как выбрался на твёрдую землю.

– А ты, чудик, оклемался? – ласково спросил он трясущегося человека.

Человек поднял на полицейского мутные глаза и громко икнул. Покачав головой, сержант извлёк из внутреннего кармана фляжку. Человек схватился за неё обеими руками, вмиг учуяв содержимое, приложился, одним махом осушив чуть не на половину.

– Ну, будет, хорош! – Котов вырвал фляжку, поднёс к уху, озабоченно потряс. – Давай, рассказывай, что тут приключилось. Для начала, как звать тебя?

Человек всхлипнул и сжал пальцы сильнее, но выпитое начинало оказывать благотворное воздействие и заговорил он лишь слегка дрожащим голосом.

– Сазанов. Лавр Иванович. – Он провёл рукой по губам. – Я стоял под Винным мостом, на Глухой речке, значит. Мотор заглушён.