Миссия невыполнима (сборник)

Ведь только сегодня и только у нас он выступит следом за Зоей Клац!

Судьба человека

– В одном прекрасном городе, населенном чистыми и светлыми людьми, в один не очень прекрасный день появился ужас. Ужас предстал в виде черного-пречерного человека. Звали его черный налоговый инспектор. Никто не знал, откуда он появился, и когда наступит его час вновь уйти. Шли годы, но ужас оставался и с каждым годом становился все сильнее и сильнее.

Как я уже сказал, ужас имел имя. Имя собственное. Каждое его утро начиналось с выбора жертвы.

Он читал черно-желтые газеты и подтачивал клыки, торчащие у него изо рта, с помощью сурового напильника. У него была только одна мечта – нанести как можно больше вреда окружающим его красивым, отзывчивым и добрым людям.

У него были такие же черные, как и он сам, мертвенно-бледные глаза. Из уголков вечно опущенных в угрюмой гримасе кончиков губ сквозило угрозой и наслаждением от пыток себе подобных. Он любил заглядывать в замочные скважины и подслушивать телефонные разговоры.

Он выслеживал свою добычу подобно зомби-первопроходцу, наслаждаясь страхом, унынием и бессилием жертв.

Черный налоговый инспектор всегда был один. Женщины и девушки в беспричинном ужасе обходили его стороной, а мужчины ненавидели лютой ненавистью. И было за что. Все, к чему он прикасался, тут же становилось подозрительным и содрогалось от необходимости держать отчет в виде черных балансов, черного движения денежных средств и черного отчета о прибылях и убытках.

И так проходило год за годом и каждый квартал. От черного налогового инспектора веяло жуткой безысходностью. Он искал, как ищет ищейка, он алкал новой крови новых жертв. И если на горизонте таковых не имелось, он выдумывал поводы и предлоги для того, чтобы подобно черному урагану ворваться в благопристойную жизнь добропорядочных и вечно притесняемых черным налоговым инспектором граждан.

Он вытряхивал из шкафов грязное белье и ковырял стены в ванной комнате в поисках несуществующих сокровищ.

Он требовал предоставить ему реальные цифры с реальным оборотом, требовал нарисовать на бумаге черные схемы ухода от налогов и начинал жутко, скорбно и пронзительно верещать где-то за гранью добра и зла, если потерпевшие не могли ему быстро объяснить, откуда взялись лишние пятьдесят две тысячи рублей в несгораемом железном ящике под столом.

Черный налоговый инспектор никогда и ни к кому не испытывал жалости.