Белый слонёнок с поднятым хоботом

Представить жутко – каждый второй! Разумеется, всему этому способствовали голод и отвратительные условия жизни в поволжских городах и деревнях, по сути, в прифронтовой полосе, объятой негаснущим костром гражданской войны.

Мальчишкой Алексей с ужасом представлял себе это время. Самым страшным ему казалась беспомощность близких ему людей перед болезнью, их незнание, как её вылечить или, хотя бы, как избежать заражения. Как было им несчастным понять, что переносчиком болезни была распространённая тогда повсеместно платяная и головная вошь? Алексею очень хотелось вернуться в то время и спасти бабушкиных братьев и ещё тысячи жизней, просто объяснив им, где прячется смерть.

Он много раз представлял себе это в детских мечтах, глядя в чёрно-белые глаза на старинных фотографических карточках.

А измученные голодом и войной люди боролись с болезнью, как могли. Конечно, средневековой дикости в этих попытках спасти себя и свою семью уже не было: никто не ходил голым с плугом вокруг своих жилищ, никто не пытался остановить болезнь подвигами во имя веры, никто не искал отравителей.

Личной гигиеной, стрижками наголо, да изолированием больных пытались волжане оградить себя от заразы, но это далеко не всегда помогало. Болезнь косила всех подряд ещё долго.

Вакцину против сыпного тифа, если Алексею не изменяла память, открыли в войну, году в сорок втором, сорок третьем, но болезнь и после этого не сдалась окончательно. Даже в шестидесятые годы – по сути дела, вчера – то там, то здесь вспыхивали очаги местных тифозных эпидемий, особенно в нижнем Поволжье.

Алексей знал это, потому что его мама, которая в то время жила в Астрахани, школьницей переболела тифом.

– Не дай бог пережить такое, – ещё раз, глянув в дедов дневник, сказал Алексей и пошёл на кухню курить.

Приблизительно через час, уже основательно датый и утомлённый поисками Алексей был близок к тому, чтобы аккуратно сложить бесценные реликвии обратно на полку и пойти смотреть телевизор, как вдруг ему на глаза попалась лежавшая отдельно от альбома фотография.

Это было групповое фото семейства Сувориных-Силаевых. Алексей взял карточку в руки и внимательно всмотрелся в изображенных.

В центре за резным столиком с ножками в виде пузатых ангелочков, сидел хвалынский купец второй гильдии Лазарь Федорович Суворин – глава семьи. Не старик ещё, но уже в летах, по виду завзятый «Тит Титыч»: лицо, что блин на масленицу, взгляд с прищуром, борода веником.