Голубятня на желтой поляне

Игнатик сказал торопливо и жалобно:

– Но главное же не это. Главное, что ты есть. И ты ведь будешь к нам приходить. Да?

– Я бы хотел, – неуверенно отозвался Яр. – Но это зависит от вас, сам я не умею… И крейсер ведь не часто зависает в субпространстве. Два или три раза за весь рейс…

Доски совсем прогорели. Чита больше не подбрасывал дров в огонь. Может быть, потому, что ему тоже стало грустно?

Яр осторожно спросил:

– А что, ребята, не пора нам? Вроде бы темнеет.

– Что ты, ещё день, – сказала Данка.

Яр взглянул на часы. Половина пятого. Для лета в самом деле день. Почему же круглое отверстие у потолка погасло?

– Наверно, туча, – сказал Игнатик. – Гроза будет.

– Я сбегаю, посмотрю! – Алька по винтовой лестнице умчался в Львиный зал.

И долго его не было.

Потом услышали:

– Идите сюда! Скорее!!

Это был тревожный, даже отчаянный крик. Яр первый метнулся на лестницу. В узких окнах зала тоже сгущалась темнота. Алька стоял у окна, забравшись на опрокинутого льва.

– Смотрите, что случилось!

Все бросились к окнам.

Яр увидел плавный изгиб высокого берега, улицы и деревья. Над ними вставала угольно-чёрная туча с ровным, будто обрезанным краем. На её фоне подымались светлые спиральные вихри.

"Ох и грянет сейчас", – подумал Яр.

Грозовая стена с нарастающей скоростью двигалась над городом, прямо к крепости. С дальних деревьев в единый миг сдуло листья. Не было ни молний, ни грома, но вдруг яркой свечкой загорелся на берегу деревянный домик.

Яра кто-то рванул от окна.

– Отойдите! – Он отбросил от окон Данку, Игнатика, Альку. – Отойдите! Надо вниз! Это нашествие!

5

У входа на винтовую лестницу сохранилась железная дверца. Чита вытолкал всех из зала на ступеньки, отчаянно налег на дверцу, она закрылась под ржавое завывание петель. Стало темно, только внизу светились угли очага.

Данка громко всхлипнула, ухватилась за ржавое кольцо.

– Отойди, – хмуро сказал Чита. – Спускайтесь, ребята.

– Пусти, дурак! Тебе хорошо, у тебя родители за городом! А у меня мама там!

– Уйдёт в подвал, – тихо сказал Чита.

– Куда она уйдёт от больных?! Она же на дежурстве!

– Уйдёт с больными… Ты всё равно ничем ей не поможешь.

– Я хотя бы узнаю, что там… Ну пусти!

– Ты не проберёшься в город. Сгоришь, вот и всё – сказал Алька.

Данка завсхлипывала сильнее, но медленно пошла вниз.

Яр с ребятами спустился к очагу. Все молча сели на прежние места. Чита кинул на угли обломки досок.