Трое с площади Карронад

Издалека – ничего ребята, а если поближе – кто их знает?

Девчонки были в обычной коричневой форме, а мальчишки в разных рубашках: белых, светло-голубых, васильковых, синих. Брюки тоже разные, а кое-кто в шортиках.

«Прийти бы так на уроки в Усть-Каменске!» – подумал Славка.

В начале четвёртого класса тёплым сентябрьским днём отправила мама Славку в школу в летней пионерской форме, и многие тогда смотрели на него, как на заморское чудо. А Юрка Зырянов и компания гоготали: «У моряка акулы штаны обгрызли…» Завуч Ангелина Самойловна сперва наорала на Зырянова, а потом сказала Славке: «Сам виноват.

Но хватит об этом! Не будет больше ни Усть-Каменска, ни горластой Ангелины, ни криков «моряк с печки бряк…»

Длинноногий очкастый парнишка в зелёных шортах и сиреневой рубашке догнал кудрявую девчонку и деловито огрел по спине портфелем.

Девчонка взвизгнула:

– Змея очковая!

– Савин! – заволновалась Светлана Валерьяновна.

Белобрысый Игорь Савин подошёл, не теряя достоинства.

– Игорь, когда это кончится?

Савин вежливо наклонил набок голову. – На выпускном вечере в десятом классе, – разъяснил он. – Там я отлуплю её последний раз.

– Кто кого ещё… – издалека подала голос девчонка.

– Сил у меня нет, – сказала классная руководительница Славкиной маме.– Они дерутся с первого класса.

– Мы не дерёмся, – возразил Савин. – В первом и втором классе она лупила меня.

– Вы решили при новичке и его маме продемонстрировать всё, на что способны…

Савин внимательно посмотрел сквозь очки на Славку, повернулся к Славкиной маме и сказал ей «здрасте». Мама заулыбалась. Видимо, несмотря ни на что, она угадала в Савине интеллигентного и воспитанного мальчика.

– Что вы с Любой опять не поделили? – горестно спросила учительница у Игоря.

– Она объективно вредна для человечества, – авторитетно сообщил Савин.

– Глиста, – отчётливо проговорила в отдалении вредная для человечества Люба (кстати, внешне вполне симпатичная).

– Потапенко! С ума сойти… Убирайтесь оба… И чтобы ничего подобного больше не было! Игорь, ты можешь, наконец, это обещать?

Игорь дипломатично шевельнул плечом: он не хотел давать опрометчивых обещаний. Он только сказал «до свидания».