Краго

Возможно недавно здесь были пожары, постарался я себя хоть как-то успокоить; но, а что сказать про магазины? Чем питается местное население? Во что одеваются? Или все умелые на руки швеи и рыбаки?

Здешний воздух словно был напичкан какими-то химикатами, которые одурманивали мой и без того запыленный рассудок многолетним просмотром на людей, у которых мозги с размером крошечный орех, а души сходны с убитым салоном Василия, тоже такие же изуродованные и заляпаны чем попало. Пред моими глазами вновь вспыхнуло мое прошлое: недопонимание с родителями, неудачная любовь, как любит говорить нынешняя молодежь, которым от силы лет по 14 – «До гроба», мои школьные годы, университет – где всегда не находилось не единого человека, который мог бы постараться понять меня; взять пример с друзей – бросили, как разошлись дороги, а те, что остались – неудачная сборка, которых штампуют по принципу «Чем взрослей – тем глупей»; девушки, которые просили мои нервы, а подавали взамен – не хочу преувеличивать – ничего.

Но теперь это все в прошлом, все равно все когда-нибудь помрем, что на идиотов зло держать.

Очухался от мыслей я как-то неестественно, как впрочем и вошел в них. Я посмотрел на часы.

«Безумие. Прошло целых три часа. Целых три часа я стоял как пень и вспоминал то, что пора было давно сжечь в своем розоватом чердаке, под названием мозг», – с грустью сказал я себе и понял, что воздух здесь действительно необычный.

Я начал подходить к дому как раз в тот момент, когда пошел сильный дождь.

Из-за угла на меня начала лаять черная, с красными глазами псина. Лаяла так усердно, будто я помешал ей с процессом спаривания.

– Заткнись, – с непривычной для себя злостью сказал я ей. Но не прошло и двух секунд как хозяин, с такими же красными глазами, с ужасающим лицом, которое было все изуродовано какими-то шрамами, ударами, и такое ощущение, что его насильно терли лицом об каменный пол, и часть его кожи осталась лежать все там же. – Ты на кого орёшь, пришелец? Еще раз услышу, что ты на мою псину язык поднял – вначале отстрелю тебе две твоих худеньких ножки, а потом, будучи привязанным к дереву, познаешь всю силу этой собачки.

Все понял, урод?

«Как же мне хотелось послать этого красноглазого упыря обратно в ад, откуда он судя всего выбрался, стоит посмотреть на его глаза, но не стал спорить с местной интеллигенцией, и просто сказал:

– Да, извините.

Тот лишь махнув рукой и исчез так же, как и появился.