Рубежи

Эмбер улыбнулась:

– С тобой так всегда бывает.

– Том, приближаемся к границе гелиопаузы, – напомнил Хартман.

– Деточка, прикоснись к папе рукой. – Том положил свою ладонь на монитор. Сара протянула свою ладошку. – Хорошо, не скучайте. Всего шесть месяцев.

Эмбер грустно улыбнулась. Женское чутье подсказывало ей, что и в этот раз опять что-нибудь пойдет не так.

Поначалу, до рождения Сары, к таким накладкам в его работе она относилась весьма терпимо – таковы издержки профессии дальнего пилота. И вознаграждение было весьма ценным.

Ведь такие, как Том, рисковали ради общего блага. Процент невозвращения из диких миров был немаленьким. Из ста экипажей, летавших к дальним звездам после изобретения пространственного варп-двигателя, возвращалось только шестьдесят. Остальным, не вернувшимся героям на их родине ставили памятники, не забывая при этом объявить очередной набор на курсы пилотов дальнего космоса.

Том предпочитал летать один. Процент выживаемости у такого экипажа, состоящего только из пилота и бортового робота, был еще меньше.

Но это совершенно не смущало Тома, раз за разом вылезавшего из различных космических передряг и возвращавшегося домой.

В штабе дальнего космоса говорили про него: этот космический бродяга когда-нибудь найдет нам новый мир, будьте уверены. И Том постоянно подтверждал это, возвращаясь с очередного полета. Сколько их было? Десять, пятнадцать? Этого он не помнил. Зато в штабе это помнили хорошо, перечеркивая очередной мир после его возвращения:

– Все без толку! – ругался руководитель программы Каминский.

 – Очередной раз астрофизики заявляют нам о нахождении потенциально пригодного для жизни мира, и очередной раз наш пилот возвращается из него ни с чем.

– Вот увидите, в этот раз все будет по-другому! – отвечали ему астрофизики. Но ситуация повторялась раз за разом.

Том открыл дверь капсулы гиперсна. Прежде чем зайти в нее, он немного замешкался.

– Что на этот раз, Хартман? – спросил он у робота.

Хартман подмигнул зелеными лампами индикации:

– Все будет в порядке, шеф.

 – Если у вас плохое предчувствие, можно отменить полет и вернуться на базу.

– Ну уж нет, – ответил Том. – Мне нужны эти деньги. Скоро у Сары день рождения.

Он зашел в капсулу и закрыл за собой дверь. Мерно заработали насосы, закачивая в капсулу жидкость для гиперсна. Том сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Теперь он проснется только у системы Эпсилон Эридана. Хартман мигнул зелеными лампами:

– Приятных сновидений Том.