Импровиз. Сердце менестреля

Секста отражала терцию.

Контрапунктами звенели батманы.

Темп нарастал.

Размашистое ларго переходило в решительное адажио, а потом через напористое модерато в стремительное аллегро.

Октавы и кварты. Выпады и уколы.

Клинки вели почти непрерывный перезвон.

Следовало отдать должное предусмотрительности посланника Ак-Нарта. Нанятые им учителя фехтования отлично вышколили наследника, который противостоял Лансу почти на равных. Но учебный поединок есть учебный поединок, а дуэль – это дуэль.

Прорвавшись сквозь замешкавшуюся защиту, старинная шпага альт Грегора полоснула островитянина по плечу.

Отпрыгнув назад, Ланс замер, чуть согнув ноги и удерживая клинок в «подвешенной» стойке. Он уже злорадно предвкушал, как длинная прорезь на полотняной рубахе почернеет от хлынувшей крови, как скривится и хорошо, если не расплачется, щенок Ак-Карр, какую мерзкую рожу скорчит его самовлюбленный и наглый отец-посланник.

Но ничего не произошло. Правда юнец кинул косой взгляд на попорченную одежду, ухмыльнулся и с облегчением перевел дух. А в прорехе мелькнули звенья вороненой кольчуги мелкого плетения.

Так вот зачем уму понадобился бесформенный наряд, скрадывающий очертания тела! Чтобы обман не раскрыли раньше времени.

– Капитан, это уже не только против правил, но против чести! – зарычал Коэл.

– Правила устанавливает тот, кто побеждает, – скрипучим голосом откликнулся островитянин.

– Трус и сопляк, – отчетливо проговорил Ланс, твердо вознамерившись плюнуть сопернику в наглое лицо.

– Сдохни, трепанг!

Ак-Карр семенящими шагами пошел вперед, нанося укол за уколом. Его быстрота превосходила понимание альт Грегора. Менестрель понимал, что не сможет парировать, поэтому отступал, удерживая шпагу над головой – острием к врагу.

Долго так продолжаться не могло.

Правая нога Ланса поскользнулась на желтой глине.

Он пошатнулся, удерживая равновесие.

Увидел острие шпаги, устремившееся ему, казалось, прямо в глаза.

Ответил отчаянным ударом – мужчины из Дома Багряной Розы, даже умирая, старались утащить с собой побольше врагов.

Жгучая боль обожгла щеку.

Ну, вот и все… Он проиграл. Жалкая царапина, но она позволит браккарцам гордиться победой над самим Лансом альт Грегором.

Сын посланника, вместо того, чтобы радостно воскликнуть и расхохотаться, странновато булькнул, будто поперхнулся глотком вина.