Охота на сопках Маньчжурии

К тому же, судя по цвету нашивок и лычек, – старший береговой боцман, скорее всего завскладом какой-нибудь. Удаляясь, матросы, явно рискуя вывихнуть шеи, долго глядели на нас с унтером, видимо найдя в моём облике нечто новое и удивительное, да и сам береговой боцман посмотрел на меня как-то странно. Не вписываюсь в их мироощущение, отвыкли от свежих лиц или это банальная шпиономания?

Никакой вывески на здании, к которому мы направлялись, не было, зато у входа скучал ещё один часовой, похожий на первого практически как брат-близнец.

Мы поднялись по невысокому каменному крыльцу в три ступеньки и вошли. В здании пахло пылью, сырой бумагой и чем-то непонятным вроде прокисшего хлеба.

Коридор, куда мы попали, был вполне конторско-чиновного вида. Покрашенные тёмно-коричневой с рыжим оттенком масляной краской обшарпанные полы и двери кабинетов, уныло-зелёные стены, потемневшая извёстка на потолке.

Людей в здании, видимо, было по минимуму (автоматика не показывала наличия людей в большинстве комнат по пути нашего движения), и скрип сапог моего сопровождающего был единственным посторонним звуком в этой пустоте. Хотя в момент нашего появления в конце коридора возникла было какая-то немолодая толстая баба (пёстрый платок, тёмная юбка в пол, передник и сероватая мешковатая то ли блузка, то ли рубашка странного фасона) с ведром в руках, которая, едва завидев нас, немедленно ретировалась.

Унтер остановился перед дверью с прибитой или привинченной на уровне глаз человека среднего роста металлической цифрой 6 и, поправив фуражку, деликатно постучал в дверь костяшкам пальцев.

– Войдите! – разрешил нарочито строгий голос из-за двери и тут же с явным раздражением поинтересовался: – Чего тебе опять, Овсюк?

– Вашбродь! Дозвольте доложить! – отрапортовал унтер, становясь во фрунт на пороге кабинета и отдавая честь: – Неизвестное лицо появилось у поста нумер 9 и потребовало отвести сюда!

– Ну так введи.

Ну да, как в том анекдоте про Андропова:

– Юрий Владимирович, к вам польский посол!

– Введите…

– Пожалуйте! – пригласил меня унтер с незапоминающейся фамилией Овсюк. Какие они все тут, однако, вежливые…

Я вошёл. Унтер-офицер остался стоять позади меня, прикрыв за собой дверь.

В общем, я попал в кабинет средней паршивости, как тогда говорили, присутственного места.