Персона нон грата

Кто из оленьего народа попадал в луч, больше не мог двинуться с места, и вспышка молнии убивала его.

Начиная с той полной Луны, Маленький часто вздрагивал во сне. И сейчас по пятнистой шкурке прошла волна страха: с голубого пастбища Солнца на зеленое пастбище Земли падал непонятный гул.

Рогач тоже услышал. Он поднялся с лежки и принял боевую стойку. Сердце бойца дрогнуло при виде огромного майского жука с голубым подбрюшьем, летевшего выше верхушек осин и крон вековых дубов, сминая тишину железным гудом.

Против такого – нет, не выстоять.

Олени ворохнулись с лежки в чащу. Они шли цепочкой и только шагом, потому что по-другому Маленький не мог: тем злосчастным полнолунием ему повредила ногу свинцовая горошина. И беда могла настигнуть вновь, потому что не стало мира в заповедных местах. Любая трагедия может повториться, если каждому не быть настороже.

Заросли орешника сомкнулись за оленями. А «майский жук» – камуфлированный вертолет Кости Першилина – полетел дальше к заповедному озеру.

Благодаря круглой правильной форме озеро казалось зеркальцем, оброненным у кромки леса. Дальше был уже полигон, и для всех летных экипажей, выполнявших бомбометания и боевые пуски, озеро служило ориентиром. Не озеро – озерцо. Першилин не знал его настоящего названия. Да и может ли иметь имя заполненная водой воронка от гигантской силы взрыва? Конечно, не восемнадцать мегатонн, всуе помянутых Женькой Мельниковым, но калибр был предельным для бомбы полувековой давности.

И все же озеро, сверкнувшее по курсу отполированным зеркалом тихой воды, не осталось вовсе безымянным.

На штурманской карте старшего лейтенанта Мельникова голубая крапинка была обозначена тремя буквами – НБП.

– Начало боевого пути, – доложил Мельников по переговорному устройству и мстительно завершил фразу не принятым в авиации уставным, – товарищ капитан!

В другое время он сказал бы просто «командир». Костя Першилин сразу угодил в приготовленную ловушку:

– На солнце перегрелся? Какой еще товарищ…

– Соблюдаю дисциплину радиообмена, – не пошел на мировую Мельников.

 – Как вы изволили приказать. Между прочим, мы уже двенадцать секунд на боевом.

От НБП для летчика-штурмана пошла самая работа. Ювелирная. Доводка по точности. На заданной дальности пуска вертолет должен оказаться строго в расчетное время. Женька выдал командиру магнитный боевой курс и за четыре километра до цели начал отсчет.

Сегодня пуск выполнялся с полутора тысяч метров.