Кандидат в маги

Было в этом что-то отвратительное. (Андрей Алексеевич давно заметил за собой одно нехорошее качество – что он постоянно ищет в окружающих предметах их отвратительные стороны. Это был тревожный звоночек, но делиться своими подозрениями с коллегами Андрей Алексеевич не спешил: те могли неправильно истолковать его утонченную тягу к отвратительному).

Между тем, досье на каждого пациента с профессиональной, да и не только, точки зрения, представляло собой довольно увлекательное чтение. Наверное, вот так в каких-нибудь спецслужбах с интересом зачитываются компроматами на сильных мира сего.

Интересно, все эти политики и олигархи, разложенные по бумажкам и папкам, предстают перед следователями в столь же отвратительном свете, как люди с точки зрения участкового психиатра?

Итак, вот он, совершенно рядовой пациент по прозвищу Саша Шум. Интересен он, разве что, своей странной манерой говорить на вдохе, а не на выдохе, как все нормальные люди. Да еще тем, что неоднократно угрожал расстрелять персонал из своего «бластера», роль которого исполнял водяной пистолет.

Угрожал, однако же, совершенно беззлобно, а потому репрессивных мер по отношению к нему пока не применялось.

Было еще одно занятное обстоятельство: нашли его в свое время неподалеку от границы Локализации. Видимо, он и пришел из тех загадочных мест, откуда в последнее время частенько появляются люди с поврежденным рассудком.

– Он ведь совершенно не агрессивен, к побегам не склонен, к членовредительству – тоже. С чего это он бежать вдруг задумал? – задумчиво произнес врач, разглядывая отвратительную трещину на потолке кабинета.

– А мы почем знаем, Андрей Алексеевич? – насуплено ответил один из санитаров. – Мы и думали, что он тихий. А тут этот тихий вдруг взял, да и тяпнул меня по башке тарелкой. Очень неожиданно было…

– Ну, тяпнул – подумаешь, какая невидаль, – усмехнулся психиатр. – Вы ж у меня не ядерной физикой занимаетесь – ничего страшного, если по башке иногда заедут, ничего ценного оттуда не вылетит.

Хоть мозги немного вправят…

– А меня – ладонями по ушам, вот так! – второй санитар неуклюже хлопнул растопыренными ладонями. – Очень больно было, чуть перепонки не полопались!

– Мы растерялись, – подхватил первый санитар. – Прямо наваждение какое-то! Никогда еще такого не случалось…

– А то, что все двери открытыми оказались – тоже наваждение? – поинтересовался Андрей Алексеевич. – Вы у меня теперь по всему району его ловить будете.