Кандидат в маги

Таких покинутых заводов было много в Волшебной Москве: ведь не всякое производство могло продолжаться в условиях волшебной Игры. Во-первых, оно стало ненужным – ведь продукция не могла покинуть пределы Локализации. Ну, а во-вторых, просто стало на них некому работать. Волшебная экономика вообще не поддается простому человеческому пониманию.

Зато все эти развалины – отличное место обитания для всяческих подростковых банд. Даже Игра не смогла заглушить известной тяги подростков к соперничеству и взаимному членовредительству.

Тем более, что влияние школы ослабло неимоверно: ведь столько глупых и злых учителей заслуженно получили довольно неприглядные личины, были изгнаны из школ и теперь пугали прохожих на улицах волшебного города!

…Крысы вынырнули из темных закоулков завода, оказавшись прямо посреди огромного сборочного цеха Непонятно-Чего.

Это было действительно жутковатое место: брошенное рабочими и инженерами, оно продолжало жить своей собственной жизнью, зверски потребляя энергию из городской сети, двигаясь, шумя и производя на свет какую-то непонятную продукцию самого зловещего вида.

Выяснить, что именно делает Завод, бандам не удалось. Но им нравилось само место, которое, впрочем казалось слишком тесным для двух претендующих на него группировок.

И теперь предстояло выяснить: кто станет полноправным собственником этих мрачных залов и коридоров, а кто уберется отсюда навсегда.

Тема шел впереди своих верных Крыс – насупленный, злой, заранее распаливший себя перед предстоящей встречей.

Он чувствовал, что внутренне слишком мягок для настоящей уличной жизни. В этом ему было стыдно признаваться самому себе. А он потому старался усугублять в себе стороны, которые считал «сильными».

– Мы им врежем сегодня! – выкрикнул Тема и пнул валявшуюся под ногой бутылку.

Бутылка описала дугу, оборвавшуюся в шершавой кирпичной стене. Под звон разбившегося стекла множество глоток возопило:

– Врежем!

– Порвем!

– Растерзаем!

…Созданная Темой банда поначалу не была воспринята всерьез более старшими ребятами.

Мальчишкам было плевать на слухи о том, что Тема является каким-то там Магистром каких-то там Правил некой, никому не понятной Игры. У подростков были собственные правила, которые ни коим образом не пересекались с миром взрослых, а волшебная Игра была просто-напросто средой их обитания.

Это была своя среда, среда детей, никогда не видевших «нормального» мира – того, который был наглухо закрыт от них границей Локализации.