Месть пожирает звезды

Энрико вовсю размахивал руками, в ярких красках описывая собственную жизнь и, при том, стараясь избегать скользких моментов, связанных с войной. Агнесса оказалась благодарным слушателем – она от души смеялась, где было смешно, грустила, где было не очень, и задавала вопросы, еще больше раззадоривая Энрико.

О себе же рассказывала скромно. Оказалось, что она – вовсе не артистка цирка, не какая-нибудь акробатка и даже не танцовщица и стриптизерша. Она была кем-то вроде менеджера, помощника управляющего, чем очень удивила Энрико.

Ему казалось, что такая удивительная девчонка просто не может заниматься скучной канцелярской работой. Ей, как минимум, следует укрощать тигров. А лучше – танцевать в свете цветных прожекторов…

…Они гуляли до вечера, и только когда совершенно стемнело, Энрико вдруг осенило:

– Ой, совсм забыл! А ведь сейчас в вашем цирке начнется выступление! Там соберутся все наши! Народу набьется – мама не горюй! Небось, весело будет! Пойдем?

Девушку как будто кипятком ошпарило. Она схватила его за руку, и пальцы у нее оказались цепкими и холодными.

Она заглянула ему в глаза и сказала:

– Ну, зачем нам туда? Лучше пойдем, я покажу тебе реку! Здесь очень красивая набережная…

Энрико удивился, и легкая тревога пронеслась в его душе, тут же разбившись о ее удивительный взгляд.

– А, верно! – усмехнулся он и взял ее за руку, – Зачем нам этот цирк? Что я, стриптиза не видел, что ли?

И они пошли на набережную…

Они сидели, глядя на освещенную фонарями воду, и смотрели на звезды.

– Да… – задумчиво сказал Энрико, – Как же их много, этих звезд… И возле них живут люди. Люди, как люди – но почему некоторым вдруг хочется взять, да и отколоться от остального человечества? Вроде, как будто, они особенные! Неужели это так приятно – вертеть дулей перед носом у остальных? И не хотят ведь понимать, что они – всего лишь часть целого и великого! А нам потом разбирайся, что почем…

– А целое и великое – это, конечно, Директория? – неожиданно резко поинтересовалась Агнесса, – Почему вы думаете, что все хотят жить так, как принято в вашей казарме?

Энрико несколько опешил.

Он не ожидал от Агнессы таких провокационных речей.

– Ну… Ну, почему сразу – как в казарме? Не все ведь в Директории военные… Да и чего плохого в казарме? Мне, например, очень даже нравится… Мы все вместе, мы – настоящие друзья, мы понимаем друг друга с полуслова и у нас – одна цель…

– Вот-вот, – довольно мрачно сказала Агнесса, – Одна… А населенных планет – сотни.