Планета на прокачку

На тот случай, если ваши собственные представления о справедливости окажутся для вас же самих летальными там, вне вашей… хм… планеты. Видите ли, Галактика большая, пестрая, взглядов в ней много, и мы хотим подстраховаться.

– М-м? – непонимающе отозвался Крамер и кивнул. – Да, да, конечно…

– Поскольку мы просто делимся с вами информацией, – продолжила Лара, – то не можем финансировать ваши действия. Чтобы не было подозрений в заинтересованности. Поэтому не удивляйтесь, если случайно на счета вашей общины кто-нибудь перечислит некую сумму добровольных пожертвований…

– Это лишнее, – сурово сказал Крамер, с трудом подняв взгляд на уровень лица визитерши.

 – Мы будем действовать исключительно в интересах веры…

– Вот и прекрасно! – улыбнулась Лара и исчезла. Мигом – так, как и появилась здесь вместе со своим скучным спутником.

Крамер сидел неудовлетворенный и злой. Он уже понял, что молитвой не сможет забить в себе то животное и злобное, что всплыло в нем вдруг с появлением этой чудесной женщины.

– А ну, братья! – завопил он во весь голос, распахнув узкое окно молельного дома. – Подите все сюда! Помолимся – нам предстоит тяжелый поход. Это будет самый настоящий крестовый поход к звездам…

Ослепительной красоты девушка стояла посреди многолюдной московской улицы. Потоки людей шли навстречу друг другу, проникая во встречные, образуя водовороты, стремнины и омуты. Но все замедляли шаг и старательно обходили тонкую и слишком совершенную фигурку.

Только дорогие машины притормаживали у края тротуара, некоторое время двигались в нерешительности и снова уносились вперед, как бы чувствуя – она слишком хороша даже для спортивного «мерседеса».

Лара со сдержанным удивлением оглядывала окрестности.

– Надо же, – произнесла наконец она, – такая активность на этой помойке… Просто удивительно…

– Так, может, оставим этот болид в покое? – нерешительно произнес немолодой человек в старомодных нарукавниках. – Будет с вас этих болидов.

Это же хлам и лишние хлопоты…

– Нет уж, – лицо девушки вдруг перекосила гримаса, доказывающая, что и эта красотка – тоже существо биологического происхождения, а вовсе не бесплотная небожительница. – Я бы, может, и плюнула на это… Но раз уж сюда влезла эта сучка… Теперь я просто обязана показать проклятой стерве! В гонки ей захотелось, мымре… Я ей покажу ее место, тупой безродной грязнуле!

– Несомненно, – дипломатично согласился нотариус.