Считалочка для бомбы

 – С самого утра долбят!

– Пытались через окошко с ними говорить – ничего не хотят слушать, – добавил второй, худой, заросший густыми длинными дрэдами.

– Понятно, – сказала Марина. – Я вижу, желание пообщаться них довольно стойкое. Что ж, я удовлетворю его…

– Атаманша, – осторожно сказал татуированный. – А вдруг это какой подвох? Может, это только повод для того, чтобы мы открыли ворота…

– Что-то я не узнаю тебя, Крюгер, – усмехнулась Марина. – С каких это пор ты стал таким осторожным?

– Я не столько осторожный, – насупился Крюгер, – сколько просто не знаю, чего ожидать от ЭТИХ.

– Мы закроем внутренние ворота и поставим усиленную охрану, – сказал второй разбойник, тот, что был с дрэдами. – Я уже свистнул наверх. Еще и любители подтянутся, на всякий пожарный случай…

– Молодец Веник, – Марина несильно хлопнула того по плечу ладонью. – Так и поступим…

Ворота с противным скрежетом поползли в стороны. Прямо от ворот начинался подъемный мост, который вел через глубокий ров, наполненный соляркой.

Марина сделала несколько неспешных шагов вперед.

Странный сумрак затянувшегося солнечного затмения заставлял пристальнее вглядываться в окружающее пространство. Но не нужно было быть чрезмерно информированным, чтобы понять, кем были те, что предстали сейчас перед ней. Ее гости уже успели составить себе специфическую репутацию в Волшебной Москве. И по сравнению с ней сложившийся образ разбойников мог быть приравнен к имиджу мелких уличных хулиганов.

Перед Мариной стояла пара дорогих, лощеных, чистеньких и отутюженных, прямо «с иголочки»… костюма. Прямо-таки звенящих пустотой и легким сквознячком в рукавах и дырах на месте шеи.

Оба костюма были плодом дизайнерских изысков бренда «Гуччи». Не лишним будет заметить, что обувь под костюмами также наблюдалась самая, что ни на есть, престижная.

– Здравствуйте, – суховато донеслось со стороны одного из костюмов, того, что был с модным красным галстуком.

– По официальному делу, – добавил второй костюм и поправил на себе и без того идеально завязанный синий галстук в косую полоску.

Природа этого движения осталась неясной, как и происхождение голоса, и висение под рукавами толстеньких дорогих портфелей – рук и голов у костюмов не наблюдалось.

– Я вас слушаю, – насмешливо отозвалась Марина, хотя в душе ей было не так уж весело.