Темная сторона

Остался лишь липкий страх, заставивший стажера шарахнуться назад, опрокидывая стул и падая на спину.

И тут же все вернулось – вместе с дружным хохотом: на столе на четвереньках сидел Пашка с наброшенной на спину шкурой убитого монстра. Его глаза терялись в тени пасти, за громадными клыками, лицо сияло победным восторгом. Мальчишка издал весьма убедительный рев – и пробежал по столу под общий смех и одобрительные крики.

Лео поднялся и, смущенно улыбаясь, вернулся за стол. Глянул на Пашку и невольно отметил, насколько гармоничен мальчишка в своем диком мире, ничего не боясь и умело ориентируясь во всех его жестоких проявлениях.

Лео поймал себя на мысли, что опять примеряет свой родной мир к этим людям. Будто всерьез верит в то, что Веста и ее маленький брат смогут отправиться туда вместе с ним. И сам понимал, что это невозможно, хотя бы по самой простой причине: тесная кабина и грузоподъемность корабля рассчитаны лишь на четверых селенитов.

А потом вдруг все смолкли: запела Веста. Сначала глуховато, негромко, затем все более мелодично, грудным сильным голосом, от которого по телу пробегали мурашки. Все слушали завороженно, голос девушка казался потусторонним, магическим. В этой песне и вправду было что-то необъяснимое, древнее, как весь этот темный мир. Да еще какая-то глубокая, необъяснимая тоска, которая удивительным образом греет сильнее самого лихого веселья.

Веста замолчала так же внезапно, как и начала. Некоторое время все сидели молча, потрясенные. Лео с робостью поглядел на девушку, словно они и не были вовсе знакомы, и та улыбнулась в ответ. Тогда он схватил стакан со сколотым краем, поднялся и крикнул:

– Друзья, я хочу сказать! Я…

Теперь все глядели на стажера. Тот стоял, улыбаясь, чувствуя в себе необычную легкость. Наверное, так действовало коварное «ракетное топливо» на непривычный организм.

– Наверное, вы посчитаете меня сумасшедшим, но вы даже не представляете, как я рад, что так случилось. Что мы оказались здесь, на Земле…

Встретив странные взгляды Тесея, Персея и Ясона, поспешил поправиться:

– Конечно, я не катастрофе радуюсь. Тем более, что в ней погиб наш командир, да и вообще… Я радуюсь тому, что встретил всех вас – тебя, Нильс, тебя, Молоток, тебя, Веста, да и Пашку тоже. Вы удивительные люди.