Темная сторона

И привычно, как на тренировке, Лео отключил разум. Это всегда странно – наблюдать за самим собой, будто со стороны. Вот ты сжался, словно пружина, – и остается только гадать, куда направит тебя инстинкт в следующий момент. Мелькнуло даже смутное удивление вперемешку с нарастающим ужасом: тело пригнулось – и бросилось вперед.

Только потом, анализируя ситуацию, он понял: инстинкт заставил его поступить единственно верным образом. Против более сильного и ловкого противника может сыграть только один фактор – фактор неожиданности.

Бросившись навстречу прыгнувшему на него зверю, он чуть нарушил его расчет, и этого «чуть» хватило на то, чтобы челюсти клацнули с запозданием, немного в стороне, и чудовищные когти порвали воздух, а не шею. Еще один короткий жест – ножом вверх и в бок. Остальное сделала инерция, и лезвие вспороло тугую темную плоть.

Кубарем прокатившись по траве, Лео вскочил на ноги, с запозданием схватил рукой воздух – нож улетел в траву. Совершенно безоружный, тяжело дыша, он наблюдал, как приближается к нему страшный зверь.

Саблезубый, казалось, и не заметил, как с каждым его шагом из брюха вывалились горячие потроха. Склонив тяжелую голову и сверкая глазами, он приближался к человеку. Лео сделал назад шаг, другой, понимая, что это конец.

Внезапно тварь остановилась, принюхалась. Склонила башку, заметила волокущиеся за ней внутренности и вдруг с яростным остервенением набросилась на собственные потроха, принялась их рвать, жрать, давясь и отрыгивая.

Этого зрелища стажер не выдержал – его шумно вырвало. А Саблезубый покачивался, обводя пространство мутным взглядом, пожирая собственную плоть. В конце концов он издал жалобный стон и повалился на бок. Он еще дергался в предсмертных судорогах, когда Лео подобрал с травы нож и вытер его о рукав.

– Приятного аппетита! – с кривой усмешкой бросил он и направился к туше сайгака.

Следовало поторопиться. Солнце клонилось к закату, скоро сюда подтянутся падальщики. Для начала нужно подкрепиться самому – желудок сводило от голода, а истощение грозило в степи смертью.

Если бы еще полгода назад Лео сказали, что он будет, как дикарь, рвать сырое мясо убитого им зверя, он бы рассмеялся. Но он был приперт к стенке. Дело даже не в сыром мясе – необработанная плоть могла быть заражена неизвестными болезнями и паразитами. Но воротить нос было чревато. Стажер надрезал шкуру в районе ребер, отодрал, срезал длинный и тонкий лоскут мяса.