Плерома

Смешно, но он никак не мог решить, о чем же ему следует волноваться больше – о пропавшем кейсе или о загадочном киллере. А ведь все так хорошо шло! Только-только он окончательно разделался с Сандаловым и полностью взял под контроль сеть филиалов Реабилитационного Центра, только-только начал зарабатывать себе позитивный имидж, и нате вам! Того и гляди, все разом полетит коту под хвост. Все деньги, потраченные на эту сраную благотворительность, вся работа по перетягиванию на свою сторону влиятельнейших людей города.

Всё! Стоит лишь попасть пропавшему дипломату не в те (…или, напротив, в те?!.) руки.

Взгляд его упал на оставленный Барским бизнес-план. «Литературно-издательский проект», как тот его называл. Гында поморщился. С этим полудурком он связался опять-таки только ради рекламы. Хотя, что из всего этого может получиться, реклама или антиреклама, тоже вопрос спорный. Мнит он себя, писака задрипанный, не бог весть кем, этого у него не отнять. То, с каким упорством Барский пытается протолкнуть свою писанину, в какой-то мере даже заслуживает уважения.

Другой вопрос, чего эта писанина стоит на самом деле. Отклики из Союза писателей были не самыми лестными… Впрочем, какая разница! «Моя цель – засветиться в качестве спонсора, активно поддерживающего местные дарования, развивающего отечественную культуру, а что представляют собой эти дарования, это уж пускай комитет по борьбе с молодежью решает или Министерство культуры…»

– Петр Владимирович, – раздался из переговорного устройства голос секретарши, – вас здесь дожидаются Липутин с Шиловым.

Говорят, вы их вызывали.

– Они в приемной? – нехотя поинтересовался Гында, ощупывая снова начинающую гудеть голову.

– Да… сидят…

Посмотрев на часы, Петр Владимирович с удивлением отметил, что после ухода Барского прошло больше часа.

– Пусть сидят. – Он развернулся вместе с креслом, взял кофейник и, налив себе маленькую чашечку, принялся капать в нее из темного пузырька. – Вызову, когда понадобятся…

– Хорошо.

Динамик переговорника умер.

Гында, влив в себя «взвинченного» кофе, поднялся и снова начал расхаживать по кабинету. Мало-помалу гудение в голове стихло, желание повалиться на стоявший у стены кожаный диван и уснуть заметно ослабло.

«Липутин… – думал он, хмуря брови. – Не нравится он мне что-то в последнее время. Он и раньше-то был с придурью, а теперь и вовсе… того. Или мне только кажется?.. Ладно, потом разберемся. А вот Плотника от него, наверное, будет все-таки лучше убрать.