Тварь

Может, дело было в позднем часе, а может, служащие сорвались отсюда по тревоге.

Вообще, на первый взгляд комендатура не производила того ужасающего впечатления, какое ожидал Бука, наслушавшийся рассказов сталкеров. Всякий раз рассказы эти велись раздраженным тоном и обильно разбавлялись нецензурной бранью. Ведь зачастую именно военная комендатура становилась для сталкера прямым трамплином на тюремные нары. По неопытности, Бука решил, что поскольку сталкером он не является, то и бояться ему, вроде бы, нечего.

Оттого, проследовав мимо еще одного дежурного лейтенанта, он совершенно спокойно вошел вслед за конвоиром в просторный, заполненный табачным дымом кабинет.

Кабинет был довольно просторен, но поражал какой-то мертвой пустотой: из мебели был здесь лишь неказистый стол, сейф да пара стульев. На одном из них, навалившись локтями на стол, сидел капитан в общевойсковой форме. Точнее, в форменной рубашке при галстуке – китель висел на спинке стула.

Капитан курил, изучая содержимое пухлой картонной папки.

– Здравия желаю! – неторопливо, с самоуверенной ленцой произнес конвоир.

– Здоров! – не поднимая головы, отозвался капитан.

– Принимайте задержанного, – сказал боец. – Бригада быстрого реагирования, вам должны были сообщить.

– Ага, – равнодушно сказал капитан, глядя на Буку красными, воспаленными глазами. – На посту оформили?

– Так точно.

Вот это у него изъяли…

Старший конвоир положил на стол перед капитаном прозрачный пакетик с хабаром.

– Ага… – с удовлетворением произнес капитан, даже оживился немного. – Опасный? Финты какие-нибудь отмачивал?

– Да вроде, нет. Не сопротивлялся, попыток к бегству не совершал.

– Это облегчает дело, – кивнул капитан. – Ну, что же, тогда оставляйте его – и свободны.

Бойцы молча исчезли за дверью. Бука продолжал стоять, от нечего делать, наблюдая за капитаном.

Тот, казалось, не замечал его присутствия, продолжал перекладывать бумажки и курить. Даже как-то неуютно становилось. Наконец, офицер потянулся к черному телефонному аппарату, снял трубку, подождал некоторое время, брезгливо раздавливая окурок в массивной, до краев заполненной пепельнице.

– Дайте «Сосну»! – вяло попросил капитан. – Кто на связи? Лыков? Да, я.