Я пришел взорвать мир

Обрастать секретностью она начала лишь тогда, когда были открыты убийственные особенности атмосферы и биосферы планеты, а заодно было принято эпохальное решение заменить применяемую к Обреченным смертную казнь отправкой в Точку невозвращения… Еще в голове имели место многочисленные обрывки административно-распорядительных документов. Все-таки, Кору-Зан был Эстетом, а не политиком или администратором из ветви Педантов.

…Тусклые металлические стены разбежались в стороны, открыв взору обширный плац, где происходило нечто невообразимое: множество фигур в темной обтягивающей крепкие тела одежде слились в одну шумную мельтешащую быстрыми движениями свалку.

Кору-Зан догадался – здесь проходят то ли учения, то ли какие-то воинские тренировки, но все же остановился, невольно замерев от страха.

– Почтенный куратор? – раздался не очень приветливый голос.

Рядом возникла одна из фигур в темном. Взгляд, движения и голос человека говорили о том, что он еще не вполне вышел из состояния боя.

– Вам нельзя здесь находиться, – сказал человек. – Это зона приоритета Сильных. Пройдите вон тем коридором…

Кору-Зана не пришлось уговаривать. Он быстро направился в указанном направлении. Впереди снова возникла длинная и узкая спина раба: тот быстро сориентировался и теперь снова вел господина к конечной цели пути. Снова замелькали бесконечные двери, проплыли мимо ангары с незнакомой техникой.

Совсем запутавшийся и уставший куратор мысленно проклинал коменданта.

Впрочем, разве тот виноват в том, что создатели Базы, позаботившись о жизненном пространстве Эстетов, столь сдержанно отнеслись к обустройству обители Сильных? И это при поистине гигантских размерах самой Базы! Здесь нет никаких излишеств – даже простой транспортной системы. Пару раз мимо промчались низкие, почти бесшумные платформы, ведомые мрачного вида Мусорщиками. Но Куратор так не решился попросить тех подвезти его до бокса, занимаемого комендантом.

…Комендант встретил Кору-Зана вежливо, но без особого радушия.

В глазах Деуса Бура куратор заметил озабоченность.

– Я слушаю вас, куратор, – почтительно произнес комендант, как только оба уселись в жесткие кресла.

«И почему у этих Сильных все такое грубое и неудобное? – подумалось Кору-Зану. – Неужели это тоже способствует развитию воинских качеств? Или им просто плевать на элементарный комфорт?»

Кору-Зан поерзал на месте. Подлокотник не замедлил больно впиться в бок.