Атомное сердце

Незачем тратить драгоценный ойл на ваши паршивые тела. Вы – никто. Вас попросту не существует – ведь ваши задницы не прикрывают действительно серьезные люди, так? Сдается мне, вы просто угнали чужую собственность, а за это с неизбежностью следует расплата. Поэтому поступим следующим образом: я, пожалуй, соглашусь принять ваши тела в дар. Да, да – на что-нибудь они сгодятся. А корабль, в знак дружбы, верну хозяину. Надеюсь, он будет благодарен…

Мах уже не слушал. Ярость вырвалась на свободу – и он бросился вперед.

Хозяева подземелья, похоже, не ожидали от чужака такой прыти, и ему почти удалось добраться до линии фонарей – туда, где сгрудилось несколько растерянных парней, открывших по нему беспорядочный огонь…

Один из разрядов, все-таки, достал его.

Перестав ощущать собственное тело, Мах рухнул на пыльную поверхность и по инерции кубарем пролетел до самой стены. После чего увидел маячащий на фоне лба массивный черный ствол.

– А у тебя, шутник, я сам вырву сердце, – сообщил ему сухой жилистый человек с холодным взглядом и, похоже, обожженным лицом.

Именно его голосом велись все эти бесполезные переговоры. На грудь ступила нога в тяжелом металлизированном ботинке. Но Мах не ощущал тяжести.

– Боюсь, мое сердце тебе не подойдет, – криво улыбнулся он.

Боковым зрением, видел, как крепкие люди в серых комбинезонах куда-то тащат отчаянно сопротивляющегося Одноглаза и хмурого Живодера.

Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы не послышался знакомый голос:

– Вот это да! Кого я здесь вижу!

Обожженный отвлекся от Маха, глянул в сторону лифта:

– Кого это опять несет сюда? Консерва, ты, что ли? Тебя ж, вроде, зарезали на астроидах?

– Я, Шкура, я.

Ты, смотрю, совсем не изменился: снова потрошишь зазевавшихся прохожих. А твоя информация устарела: вместо меня зарезали другого. Очень смешно получилось, потом расскажу… Смотри-ка, знакомые лица!

– Ты знаешь этих? – Шкура сделал шаг назад, выпав из поля зрения Маха.

Он по-прежнему не мог пошевелиться.

– О, да, – теперь над ним возникла ухмыляющаяся физиономия Консервы. – Они имели неосторожность подбросить меня на своей посудине. Надо же, не думал, что они такие быстрые… И как сквозь патрули проскочили? Уж не полупрыжок ли умудрились сделать?

Мах молча смотрел в потолок. Даже горячее сердце не могло помочь онемевшему телу придти в движение.