Исходный код

– Все у меня осталось, – закивал, как китайский болванчик, гражданин Ханкишиев. – Все до последнего чека.

– И где они? – осторожно поинтересовался майор.

– В сейфе.

– Где сейф?

– Да дома у меня. Если отпустишь, покажу.

– Ты особенно-то события не форсируй, – чувствуя, что инициатива окончательно перешла в его руки, бодро заявил Курехин. – Ты говори пока, а там уж решим, отпускать тебя или в обезьянник сажать.

– Каждый месяц ко мне приезжает человек, один из этих, из бизнесменов.

– Сам?! – ахнул от такого известия майор.

– Да. Они вроде с наличными больше дружат. Картам и банковским счетам не доверяют, да и любой электронике. Мобильников нет, ноутбуков тоже не видел. У одного только наушник в ухе торчал, но мне кажется, это был слуховой аппарат.

– Кажется ему, – усмехнулся майор. – Когда кажется, креститься надо.

– Мне продолжать? – поинтересовался Арик.

– Валяй, гражданин подозреваемый, все как на духу.

– Каждого двадцатого числа…

– Так это же?.. – Всеволод оглянулся на календарь, и губы его расплылись в довольной улыбке.

Он даже позабыл о ссадине на голове и о том, что по возвращении домой ему предстоит еще один серьезный разговор. Появилась первая ниточка. Нет, конечно, Петрыкин, изведя банку растворимого кофе и став похожим на мультяшного программиста, нарисовал схему внедрения и распространения электронной заразы, но эта зацепка была живая. Код не обманешь, не подкупишь, ему невозможно угрожать или причинить боль. Человек же легко поддавался на все вышеперечисленное, а Всеволод знал, как разговаривать с людьми. Арика он мог расколоть гораздо раньше. Ханкишиев был труслив и сторонился любой проблемы, а о жадности его ходили легенды. Человек в дорогом костюме, избегающий современных гаджетов, мог оказаться крепким орешком, но дело касалось лично майора, и в средствах он церемониться не собирался.

– Свести вас? – Увидев проблеск надежды в задумчиво-мечтательном лице оперативника, Арик воодушевился.

– Не то чтобы свести. До двадцатого посидишь в одиночке.

Попробуй пикнуть только…

– Но…

– Никаких «но». Мне не нужно твое внезапное бегство. Можешь потом писать на меня жалобы, натравливать свою диаспору и менять местами соль и сахар, но все это после двадцатого.

– А много они убили? – вдруг проявил странный интерес к происходящему Ханкишиев.

– Достаточно, – поморщился Всеволод. – Надо будет, и тобой займутся. Дома кто есть, кто в состоянии сейф открыть?

– Жена, – неуверенно признался Арик.