Кукушкины слезки

Кто с баней дружит, тот сто лет проживет.

– Здоров ты, дед, языком молоть, – с непривычки тяжело дыша, с уважением сказал Иван. – Прямо как депутат, никакая жара тебе не помеха.

– Дык наше стариковское дело маленькое: выпил стаканчик и сиди на завалинке, семечки лузгай да на молодок поглядывай. А вы чего ко мне приехали, добры молодцы?

– Дело до тебя есть.

– Какое?

– Не болтай, – недовольно пробурчал Ацтек.

– Ты, паря, как наш замполит, хи-хи-хи, – мелко захихикал Александр Степанович. – Тот тоже все говорил: «Не болтай, да вокруг шпионы».

И еще, хи-хи-хи: «У стен есть уши.»

– Все равно Ури скоро скажет, – решился Иван.

– Ну, смотри сам, – Ацтек отвернулся и стал смотреть на печку.

– Надо чтобы ты нас в Карловский лес отвел, – объяснил Иван.

– Зачем? – искренне удивился Александр Степанович.

– Этого я не знаю, Ури скажет.

– А ежели не поведу? – хитро прищурился Александр Степанович.

– Зарэжем, ха-ха-ха, – заржал Ацтек. – Шутка, дед, не боись. Удушим, как котенка, и все дела.

Вот это не шутка, – недобро посмотрел на хозяина.

– Шутники, – Александр Степанович покряхтывая осторожно слез с полка. – Я парку поддам, – вышел из парилки, снял со стены ковш. Подставил под кран из котла.

– Ты это чего? – насторожился Ацтек.

– Кипяточку налить, что бы на камни плеснуть, – простодушно объяснил Александр Степанович. – Тогда парок будет погуще.

– Э нет, дедушка. Ты кипяточком-то в нас плеснуть можешь. Положь ковш.

– Я тогда холодненькой? – заискивающе улыбнулся Александр Степанович.

 – Не такой, конечно, парок, но на безрыбье и рак рыба.

– Раки красивые, – облизнулся Иван.

– Так я поддам?

– Да поддавай ты уже! – не выдержал Ацтек.

Александр Степанович зачерпнул холодной воды, накинул на левую руку рукавицу и откинул задвижку дверцы. Широко распахнул дверцу и со всего маха плеснул воды на раскаленные камни. Упал на спину. Лопающиеся камни словно шрапнель пронеслись по парилке. Залитый кровью Иван рухнул с полка.

Ацтек, схватившись за голову, закричал, но вскочивший Александр Степанович ударил его снизу ручкой ковша. Окровавленная ручка, пробив кожу подбородка, вышла изо рта Ацтека.

Александр Степанович распахнул дверь и выскочил в предбанник. Ури с банкой и стаканами как раз вошел в дверь. Александр Степанович ударил его ногой в пах и едва успел подхватить банку. Поставил на стол, взял пистолет и ударил согнувшегося Ури рукояткой по затылку.