Анархист

Я подписался пошпионить за семнадцатилетним парнягой. Дел на копейку.

– О семье бы подумал «на копейку».

– Неправильно выразился – дел на полдня.

– А ты не торопись или оплата по факту.

– По факту и без аванса, я взял только на расходы.

– Не сомневалась. Папа у тебя, Гоша, честный и щепетильный.

– И деловой. Не будем терять время, пошли к ноутбуку.

Они прошли в многофункциональное помещение, Дмитрий сел за стол.

– Для начала поищем заказчика.

Дмитрий набрал в Гугле фамилию, имя, город.

Клиент сразу нашелся в «Одноклассниках». В гости Кабанов зашел под вымышленным именем.

– Ты хотела на клиента посмотреть.

– Елена Логинова. Ей уже под полтинник. – Катя хмыкнула. – Для старушки неплохо сохранилась.

– Ей 42 всего.

– Защитник нашелся. Видишь, Гоша, папе старушки нравятся.

– Теперь поищем Олега. – не обращая внимания, продолжал Дмитрий.

– Хм. Смотри, Логиновых Олегов подходящего возраста двое. Оба в «Контакте». Автарар – скелет с поднятым средним пальцем, вернее фалангой.

Мол, вот вам, господа хорошие, а не фотографии. Друзей нет, в группах не состоит. А месяц назад, по словам матери, из «контакта» не вылазил.

– В секту попал?

– Вполне вероятно. В секту с рукопашным уклоном.

– Вот говорят спортивная злость. Херня! Есть просто злость. Злость, воля и сила – все, что нужно воину.

Они стояли напротив друг друга, мускулы блестели от пота, кулаки обмотаны бинтами.

Стойка напоминал боксерскую. Слова отражались от кирпичных стен, эхо добавляло мрачности и без того скудно освещенному подземелью.

– Не злость – злоба! Животная злоба. Люди – это животные в первую очередь. И как животные в первую очередь воспринимают физическое воздействие. Но побеждает не тот, кто больше, у кого сильнее мускулатура, а тот, кто злее. Здесь все просто. Чем больше злоба, тем больше энергии, ниже болевой порог и, как следствие, утрата последнего страха.

Бояться все, даже сумасшедшие. И даже сумасшедшие животным чутьем могут определить степень злобы. Подсознательно человек помнит смертельную опасность, исходящую от врага, которому нечего терять, злоба которого больше собственной жизни.

Махно выбросил руку, Олег не успел отклониться, челюсть встретилась с кулаком. Махно лишь обозначил удар.

– Отсюда и следует, слабого не будут уважать, уважают только того кого боятся на животном уровне.