Радужная пандемия

Сколько же в его глазах нежности, сколько восхищения. Интересно, а на эту дуру Лизу Юрьевну он тоже так смотрел? Спросить бы, да как-то неудобно. Да и хрен с ней – дурой. Проворонила своё счастье. Вот и пусть теперь сидит у матери под юбкой, пока не состарится. Бедный Вадик, сколько же он натерпелся от этой сумасшедшей семейки!

– А как же медицинский долг? – смеётся мой любимый, легонько щёлкая меня по носу.

– Пусть Жополиза долг отдаёт. Чем ей ещё заниматься? Да и твои больные не помрут без массажа.

Кофе крепкий, без сахара, как я люблю.

Мне несказанно повезло с Вадимом, он выполняет любое моё желание.

– А как же вызов к главному врачу, выговор и штраф? – Вадим говорит серьёзно, но в глазах отплясывают бесята, озорные. бесшабашные.

– Скажем, что заболели. Вот прямо вместе ты и я, подхватили какую-то заразу.

Ставлю чашку на журнальный столик, тяну Вадима на себя. Он стягивает с меня трусики, начинает массировать клитор. Массаж грубый, резкий, но мне это нравится, я кричу от наслаждения, жаждая большего.

Царапаю ногтями гладкую кожу на его худой, жилистой спине, облизываю мочку уха. От Вадика пахнет мускусом и корицей, и этот запах возбуждает, срывает все запреты, стирает границы.

– Трахни меня! – кричу я ему в самое ухо. – Давай же, давай!

Он рывком входит и начинает двигаться, резко, глубоко.

Слабость удушливой волной накрывает меня, звенит в ушах, в груди разгорается пламя, но не пламя страсти, как всегда, бывало с Вадимом, а какое-то гадкое, смертоносное.

Сердце стучит быстро-быстро, его биение болезненно отдаётся в висках. Лицо Вадима расплывается, искажается, как в комнате кривых зеркал. Его толчки омерзительны, мне хочется попросить, чтобы он остановился, но во рту пустыня, язык стал шершавым и неповоротливым. Пить, как же хочется пить!

– Что за хрень! – голос Вадика звучит фальцетом. Он выходит из меня и скатывается с дивана на пол.

Я глотаю ртом воздух, но это не помогает.

– Что за хрень, я тебя спрашиваю? – орёт Вадим, а в голове взрываются вулканы.

Вадим, напуганный, с перекошенным от ужаса лицом вскакивает с пола, его загорелое тело блестит от пота. Шлёпая босыми пятками по линолеуму, он уходит в ванную, я слышу шум воды, всхлипывания и матюки. Спустя какое-то время, он возвращается.

– Это что такое? – едва сдерживая очередной всхлип вопрошает он, протягивая мне зеркало.

Я смотрю на своё отражение и кричу. Ужас сковывает всё моё тело. Кричу и понимаю, что не могу остановиться.