Крысы

Услышав приближающиеся шаги, старый воин её слегка приподнял.

– А сам как думаешь? – спросил он, после чего скрестил руки на груди.

– Я думаю, ты пришёл лезть ко мне в голову.

Хонор вздохнул и произнёс:

– Я не думал, что мне когда-нибудь придётся говорить с тобой как с малым ребёнком. Я не верю, что ты настолько слаб.

– Слаб… Слаб?! – произнёс Селекс, после чего его глаза широко раскрылись, и он начал говорить заметно громче. – А что может сломить человека, Хонор, по-настоящему сломить, если не смерть всей его семьи? Сейчас я думаю, что жил только ради того, чтобы воспитать Адулеса и сделать из него настоящего воина.

– Ты же не думал о законе чести?

Хонор специально задал этот вопрос, чтобы вытащить все внутренние проблемы старика наружу. Он знал, что тот думал об этом.

– Да, Хонор. Я действительно об этом думал. – От одних только этих слов нижняя губа Селекса задрожала.

– Дело твоё, Селекс. Я не собираюсь тянуть тебя. Просто скажу тебе две вещи. Во-первых, Адулес был уже воином, а значит, ты за него уже был не в ответе. А во-вторых… Неужели, Селекс, ты хочешь сделать смерть твоего сына напрасной? Живи. Твой сын бы не хотел, чтобы ты сдался просто так.

Селекс пробубнил на это что-то, но так и не нашёлся с полным ответом. Вместо того чтобы попытаться ещё, он попросту отвернулся от Хонора к стене и закрыл глаза. Хонор ждать долго не стал и через вдох пошёл обратно к основной части группы.

* * *

«Что с Петрамом?» – мысленно спросил себя Хонор, когда увидел друга, приближающегося к коробке. Он был ещё у дальней стены, но Хонор всё равно смог разглядеть выражение его лица. Что-то произошло.

Петрам шёл впереди всех. За ним шли остальные разведчики. Как подобает охотникам и воинам, шли они, растянувшись в цепочку с достаточно большим расстоянием между звеньями. Другой разведчик (это была Игнис) вошёл за Петрамом в коробку только через три вдоха.

– Хонор, крысы… они рядом! – произнёс Петрам запыхавшимся голосом.

Сердце Хонора застучало чаще, а глаза раскрылись шире. Он не увидел, но почувствовал, как на его затылке встретились взгляды братьев и сестёр.

«Они ждут решения. Мы… не можем уйти, – мысленно произнёс он. – Я не могу оставить их здесь».

Один вдох. Два вдоха. Через два вдоха он пришёл в себя.

– Насколько рядом? – спросил он.