Ментоловый туман

– Привет, Аннетт, – услышала я веселый голос парня, что недавно без всякого спросу залетел к нам в комнату и увидел меня в нижнем белье.

Недолго думая, я с разворота залепила подходящему парню мощную пощечину. Скорее от неожиданности, чем от боли парень попятился назад и чуть не свалился, параллельно держась за свою левую щеку.

– Ты что сдурела? – воскликнул парень и даже как-то озлобленно посмотрел на меня.

– Это тебе за вчерашнее, —

– Я как раз хотел извиниться, – начал было подбирать слова Джон, но я его перебила.

– Извиняйся, а пощечину ты все равно заслужил, – он хотел было что-то возразить, но я тут же продолжила, – И очень жаль, что она вышла такой слабой, —

– Слабой?! Да у меня чуть череп не треснул! – возмутился он.

Как только он убрал свою руку с лица, я увидела, насколько же сильный удар получился. Вся левая сторона оказалась красной, а возле глаза я даже увидела очертания своих пальцев. Конечно, можно было бы и пожалеть парня, но я этого делать точно не собиралась.

Да, получил он довольно сильно, но и провинился ровно в такой же степени. Так что всё заслуженно, ну, по крайней мере, я так считала, а как считал парень, меня не интересовало.

– Я ведь даже ничего не увидел, – продолжил причитать себе под нос Джон.

– Если бы увидел, сейчас лежал бы в гробу, —

Дальше мне разговаривать с ним не хотелось. Пройдя немного вперед, я поняла, что он идет рядом со мной и, видимо, отходить не собирается. Глубоко вздохнув, я попыталась не обращать на него внимание.

Однако парня это не устраивало от слова совсем, и уже через минуту он снова со мной заговорил.

– Что думаешь по поводу вчерашней шумихи? —

– Ничего, – кротко ответила я.

Я не хотела ему рассказывать о том, что этот взрыв моих рук дело. Что я могу думать об этой ситуации? Я рада, что жива! Вот и всё, о чем я думаю.

– Ты какая-то раздражённая, – сказал мне Джон.

Вот вроде бы у парня есть такой домен как эмпатия. Да он чувствует мое раздражение. Только вот он не понимает, что, говоря человеку о его раздражении, приводит к тому, что он переходит из стадии раздражения в бешенство.

Вот где его навыки? Не умеет эмпатией пользоваться совсем.

– Будь у меня домен эмпатия, я была бы более дипломатичной и умной, чем ты, – констатировала факт я.

– Во-первых ты девушка, а вы от природы более хитрые существа. Во-вторых, с тобой я не хочу лебезить, – заявил он.

– Тогда чего ты от меня хочешь? – спросила я его.